Только эти письма и пробуждали Рахиль отъ того глубокаго оцпеннія, въ которое она была погружена. Постоянныя слезы совершенно измнили бдную женщину; красота ея исчезла. Она жила только ради дтей: крошку Сару она не отпускала отъ себя ни на шагъ, желая уберечь ее отъ людской злобы; Жозефъ былъ уже большой мальчикъ, очень понятливый, которому Маркъ покровительствовалъ въ своей школ. Ршено было первое время скрывать отъ нихъ ужасную исторію отца; но потомъ все-таки пришлось открыть имъ всю правду, чтобы избавить дтскія головки отъ мучительныхъ сомнній и догадокъ. И вотъ, когда съ каторги получалось письмо, его читали вслухъ въ присутствіи дтей: суровая школа, которая слишкомъ рано знакомила ихъ съ невзгодами жизни. Каждый разъ во время такого чтенія мать прижимала къ груди обоихъ дтей и твердила имъ, что на всемъ свт нтъ человка боле честнаго, благороднаго, великодушнаго, чмъ ихъ отецъ. Она повторяла имъ, что онъ страдаетъ невинно, разсказывала о жестокихъ мученіяхъ, которыя онъ терпитъ, и укрпляла въ дтяхъ вру, что день освобожденія настанетъ, и честное имя отца будетъ возстановлено; ради этого желаннаго дня она и наставляла дтей любить своего отца, уважать его и впослдствіи сумть окружить его такою нжностью, такимъ вниманіемъ, которыя заставили бы его позабыть о долгихъ годахъ мученій. Но доживетъ ли онъ до этого дня торжества правды и справедливости? Вдь только чудомъ можно было объяснить, что онъ остался въ живыхъ посл тхъ мытарствъ, которымъ его подвергали эти зври. Для этого нужны были необычайная сила воли, непоколебимая стойкость убжденій, ясный умъ и поразительно уравновшенный характеръ. Послднія письма становились, однако, тревожне: силы ему измняли, онъ чувствовалъ себя разбитымъ, угнетеннымъ. Опасенія Рахили дошли до того, что эта робкая отъ природы женщина, не сказавъ никому ни слова, отважилась однажды утромъ отправиться къ барону Натану, проживавшему на дач Сангльбефа въ Дезирад. Она взяла съ собою послднее письмо мужа, въ надежд показать его барону и попросить этого торжествующаго еврея, короля биржи, воспользоваться своимъ огромнымъ вліяніемъ и снискать несчастному еврею-бдняку, изнывающему въ заточеніи, хотя каплю участія. Вернулась она въ слезахъ, дрожа, какъ въ лихорадк. Она лишь смутно припоминала, какъ произошло это свиданіе. Баронъ принялъ ее очень холодно: очевидно, ея дерзость возмутила его. Быть можетъ, она застала его вмст съ его дочерью, графиней Сангльбефъ, — она видла какую-то даму съ блднымъ, холоднымъ лицомъ. Она не сумла бы передать подробно, какъ они отдлались отъ нея, — вроятно, не лучше, чмъ поступаютъ съ нищенками, отказывая имъ въ просьб. Но ей не забыть того ощущенія, которое произвела на нее эта волшебная Дезирада со своими роскошными салонами, прелестными фонтанами и блоснжными статуями. Посл этой неудачной попытки Рахиль снова погрузилась въ свое мрачное ожиданіе; печать грусти не сходила съ ея лица; тихая, безмолвная, эта женщина представляла собою какъ бы воплощеніе скорби.
