| Roark looked at him and realized that he had said all the things he had tried not to say to Wynand. | Рорк посмотрел на Винанда и понял, что сказал всё, чего старался не говорить. |
| He answered: | И ответил: |
| "That you weren't born to be a second-hander." | - Ты родился не для того, чтобы получать жизнь из вторых рук. |
| Wynand smiled. | Винанд улыбнулся. |
| He heard the sentence - and nothing else. | Он услышал слова - и ничего больше. |
| Afterward, when Wynand had gone below to his cabin, Roark remained alone on deck. | Позже, когда Винанд спустился в свою каюту, Рорк остался на палубе один. |
| He stood at the rail, staring out at the ocean, at nothing. | Он стоял, глядя в океан. |
| He thought: I haven't mentioned to him the worst second-hander of all - the man who goes after power. | И думал: "Я даже не упомянул, что самый опасный из людей, получающих жизнь из вторых рук, - тот, кто стремится к власти". |
| 12. | XII |
| IT WAS April when Roark and Wynand returned to the city. | Когда Рорк с Винандом возвратились в город, был уже апрель. |
| The skyscrapers looked pink against the blue sky, an incongruous shade of porcelain on masses of stone. There were small tufts of green on the trees in the streets. | Небоскрёбы выглядели розовыми на фоне голубого неба, придававшего камню несвойственную ему прозрачность фарфора, на деревьях появились пучки зелени. |
| Roark went to his office. | Рорк отправился к себе в контору. |
| His staff shook hands with him and he saw the strain of smiles self-consciously repressed, until a young boy burst out: | Его сотрудники жали ему руку, и он обратил внимание на некоторую напряжённость в улыбках, которые они сознательно хотели скрыть, пока какой-то юноша не выдержал: |
| "What the hell! | - Какого чёрта! |
| Why can't we say how glad we are to see you back, boss?" | Почему мы не можем сказать, что очень рады вновь видеть вас, босс? |
| Roark laughed. | Рорк засмеялся: |
| "Go ahead. | - Валяйте. |
| I can't tell you how damn glad I am to be back." | А я не могу выразить, как чертовски рад, что вернулся. |
| Then he sat on a table in the drafting room, while they all reported to him on the past three months, interrupting one another; he played with a ruler in his hands, not noticing it, like a man with the feel of his farm's soil under his fingers, after an absence. | Потом он уселся за стол в чертёжной, и все принялись, перебивая друг друга, рассказывать, как прошли три месяца, а он вертел в руках линейку, не замечая этого, - так человек мнёт в пальцах землю своей фермы после долгого отсутствия. |
| In the afternoon, alone at his desk, he opened a newspaper. | Днём, уже один, за своим столом, он открыл газету. |
| He had not seen a newspaper for three months. | Он три месяца не видел газет. |
