| Now its time for you to go home. | А теперь тебе пора уходить. |
| Don't forget, you're taking me to the horse show Wednesday. Oh, yes, we're going to the horse show Wednesday. | Не забудь, в среду ты ведёшь меня на выставку лошадей. |
| I adore horse shows. | Я обожаю выставки лошадей. |
| Good night, Peter." | Спокойной ночи, Питер. |
| He left and walked home through the warm spring night. | Он оставил её и пошёл домой. Стояла тёплая весенняя ночь. |
| He walked savagely. | Он был взбешён. |
| If, at that moment, someone had offered him sole ownership of the firm of Francon & Heyer at the price of marrying Dominique, he would have refused it. | Если бы в этот момент ему предложили в безраздельное владение фирму "Франкон и Хейер" с условием, что он женится на Доминик, он отказался бы. |
| He knew also, hating himself, that he would not refuse, if it were offered to him on the following morning. | А ещё он знал, ненавидя себя, что, если ему предложат это завтра утром, он не откажется. |
| 15. | XV |
| THIS was fear. | Это был страх. |
| This was what one feels in nightmares, thought Peter Keating, only then one awakens when it becomes unbearable, but he could neither awaken nor bear it any longer. | Китингу казалось, что такое ощущают в ночных кошмарах, только при кошмарах человек просыпается, когда становится совсем уж невыносимо. Он же не мог ни проснуться, ни далее выносить этот ужас. |
| It had been growing, for days, for weeks, and now it had caught him: this lewd, unspeakable dread of defeat. | Страх, порочный, непристойный страх поражения копился целыми днями, неделями и теперь обрушился на него. |
| He would lose the competition, he was certain that he would lose it, and the certainty grew as each day of waiting passed. | Он проиграет конкурс, без всякого сомнения, проиграет - и эта уверенность нарастала с каждым днём ожидания. |
| He could not work; he jerked when people spoke to him; he had not slept for nights. | Он не мог работать, вздрагивал, когда к нему обращались, не мог заснуть ночью. |
| He walked toward the house of Lucius Heyer. He tried not to notice the faces of the people he passed, but he had to notice; he had always looked at people; and people looked at him, as they always did. | Он шёл по направлению к дому Лусиуса Хейера, стараясь не замечать лица людей, мимо которых проходил. Но не замечать он не мог. Он привык смотреть на людей, и те тоже смотрели на него, как обычно. |
| He wanted to shout at them and tell them to turn away, to leave him alone. | Ему хотелось крикнуть им, чтобы они отвернулись, оставили его в покое. |
| They were staring at him, he thought, because he was to fail and they knew it. | Они глазеют на него, потому что он обречён на провал, и они об этом знают, - так думалось Китингу. |
| He was going to Heyer's house to save himself from the coming disaster in the only way he saw left to him. | Он направлялся к дому Хейера, чтобы спасти себя от надвигающейся катастрофы, спасти единственным способом, который ещё оставался в его распоряжении. |
