| It was a small, dim room and the air in it seemed heavy, as if it had not been disturbed for years. | Это была маленькая тёмная комната, воздух в ней казался спёртым, словно она годами не проветривалась. |
| The dark mahogany paneling, the tapestries, the priceless pieces of old furniture were kept faultlessly clean, but the room smelt, somehow, of indigence and of decay. | Тёмные панели красного дерева, гобелены, бесценная старинная мебель - всё содержалось в безукоризненной чистоте, но всё же в кабинете почему-то пахло нищетой и гнилью. |
| There was a single lamp burning on a small table in a corner, and five delicate, precious cups of ancient porcelain on the table. | На маленьком столике в углу горела одинокая лампа, освещая пять нежных драгоценных чашечек старинного фарфора. |
| Heyer sat hunched, examining the cups in the dim light, with a vague, pointless enjoyment. | Хейер сидел, ссутулившись, и изучал чашечки в тусклом свете, с выражением какой-то бессмысленной радости на лице. |
| He shuddered a little when his old valet admitted Keating, and he blinked in vapid bewilderment, but he asked Keating to sit down. | Он слегка вздрогнул, когда его старый слуга ввёл Китинга. Хейер удивлённо моргнул, но пригласил Китинга присесть. |
| When he heard the first sounds of his own voice, Keating knew he had lost the fear that had followed him on his way through the streets; his voice was cold and steady. | Услышав первые звуки собственного голоса, Китинг понял, что страх, который он испытывал на пути сюда, покинул его. Голос его был холоден и ровен. |
| Tim Davis, he thought, Claude Stengel, and now just one more to be removed. | "Тим Дейвис, - подумал он, - Клод Штенгель. Теперь надо убрать с дороги ещё одного". |
| He explained what he wanted, spreading upon the still air of the room one short, concise, complete paragraph of thought, perfect as a gem with clean edges. | Он объяснил, что ему надо. Всё было изложено в одном сжатом, лаконичном, законченном абзаце, идеальном, как чисто огранённый драгоценный камень. |
| "And so, unless you inform Francon of your retirement tomorrow morning," he concluded, holding the letter by a corner between two fingers, "this goes to the A.G.A." | - И следовательно, если вы завтра утром не сообщите Франкону о своей отставке, - закончил он, держа письмо двумя пальцами за уголок, - вот это будет направлено в гильдию архитекторов. |
| He waited. | Он ждал. |
| Heyer sat still, with his pale, bulging eyes blank and his mouth open in a perfect circle. | Хейер сидел неподвижно, выкатив бесцветные, ничего не выражающие глаза. Рот его сложился в идеальную окружность. |
| Keating shuddered and wondered whether he was speaking to an idiot. | Китинг вздрогнул - ему показалось, что он разговаривает с идиотом. |
| Then Heyer's mouth moved and his pale pink tongue showed, flickering against his lower teeth. | Потом Хейер зашевелил губами. На фоне нижних зубов показался бледно-розовый язык. |
| "But I don't want to retire." He said it simply, guilelessly, in a little petulant whine. | - Но я не хочу в отставку, - сказал он простодушно, чуть прихныкивая. |
| "You will have to retire." | - Вам придётся уйти в отставку. |
| "I don't want to. | -Я не хочу. |
| I'm not going to. | И не собираюсь. |
| I'm a famous architect. | Я знаменитый архитектор. |
| I've always been a famous architect. | Я всегда был знаменитым архитектором. |
