| When he heard the name, Toohey's glance remained fixed somewhere between the shoulder of one man and the hat brim of another. | Когда ему сказали, взгляд Тухи замер в точке где-то между плечом одного из окруживших его газетчиков и краем шляпы другого. |
| Then Toohey - who had stood calmly while a bullet struck an inch from his face against the glass of the entrance door below - uttered one word and the word seemed to fall at his feet, heavy with fear: | Затем Тухи, который был спокоен даже в тот момент, когда пуля, пролетев всего в дюйме от его головы, пробила стекло во входной двери, обронил только одно слово; и это слово, тяжёлое от страха, казалось, скатилось к его ногам: |
| "Why?" | "Почему?" |
| No one could answer. | Никто не ответил. |
| Presently, Toohey shrugged, smiled, and said: | Тогда Тухи пожал плечами, улыбнулся и произнёс: |
| "If it was an attempt at free publicity - well, what atrocious taste!" | "Это было покушение на свободу слова - что ж, у юноши отвратительный вкус!" |
| But nobody believed this explanation, because all felt that Toohey did not believe it either. | Но никто не поверил этому объяснению, потому что все чувствовали: Тухи сам в него не верит. |
| Through the interviews that followed, Toohey answered questions gaily. | Во время последовавшего интервью Тухи с юмором отвечал на вопросы. |
| He said: | Он сказал: |
| "I had never thought myself important enough to warrant assassination. | "Я никогда не считал себя столь значительной личностью, чтобы заслуживать покушения. |
| It would be the greatest tribute one could possibly expect - if it weren't so much in the style of an operetta." | Оно могло бы стать величайшей наградой - если бы так не отдавало дешёвой опереттой". |
| He managed to convey the charming impression that nothing of importance had happened because nothing of importance ever happened on earth. | Ему удалось создать успокаивающее впечатление, что ничего значительного не произошло, потому что на этом свете никогда не происходит ничего значительного. |
| Mallory was sent to jail to await trial. | Мэллори отправили в тюрьму - ждать суда. |
| All efforts to question him failed. | Все попытки допросить его ничего не дали. |
| The thought that kept Keating uneasily awake for many hours, that night, was the groundless certainty that Toohey felt exactly as he did. | В нескончаемые ночные часы Китинга лишала спокойствия ни на чём не основанная уверенность, что Тухи чувствует себя сейчас так же, как и он. |
| He knows, thought Keating, and I know, that there is - in Steven Mallory's motive - a greater danger than in his murderous attempt. | "Он знает, - думал Китинг, - и я знаю, что в мотивах Стивена Мэллори кроется гораздо большая опасность, чем в его злодейском покушении. |
| But we shall never know his motive. | Но мы никогда не узнаем о его мотивах. |
| Or shall we? ... | Или узнаем?.." |
| And then he touched the core of fear: it was the sudden wish that he might be guarded, through the years to come, to the end of his life, from ever learning that motive. | И затем он коснулся самой сути страха - это было внезапное желание защититься на все годы, вплоть до самой смерти, и никогда не узнать, что двигало в этом случае Мэллори. |
