| She was the standard-bearer of a vanguard of intellect and revolt. | Она была знаменосцем авангарда, интеллекта и мятежа. |
| Only it was not quite clear to him just exactly what the revolt was against. | Питер только никак не мог взять в толк, против кого, собственно говоря, направлен этот мятеж. |
| Somehow, he preferred not to know. | Но почему-то предпочитал этого не знать. |
| He designed the house as she wished it. | Он спроектировал дом, отвечающий её пожеланиям. |
| It was a three-floor edifice, part marble, part stucco, adorned with gargoyles and carriage lanterns. | Это было трёхэтажное строение, частью отделанное мрамором, частью оштукатуренное, украшенное водостоками с изображениями химер наверху и фонарями для экипажей. |
| It looked like a structure from an amusement park. | Оно выглядело как павильон аттракционов. |
| His sketch of it was reproduced in more publications than any other drawing he had ever made, with the exception of the Cosmo-Slotnick Building. | План этого строения появлялся в печати намного чаще, чем изображение любого другого здания, которое он когда-либо проектировал, за исключением здания "Космо-Злотник". |
| One commentator expressed the opinion that | Один из комментаторов выразил мнение, что |
| "Peter Keating is showing a promise of being more than just a bright young man with a knack for pleasing stuffy moguls of big business. | "Питер Китинг обещает стать гораздо большим, чем просто талантливым молодым человеком, умеющим понравиться старомодным акулам большого бизнеса. |
| He is venturing into the field of intellectual experimentation with a client such as Lois Cook." | Он пытается найти себя и в области интеллектуального экспериментирования с такими заказчиками, как Лойс Кук". |
| Toohey referred to the house as "a cosmic joke." | Тухи отозвался о доме как о грандиозной шутке. |
| But a peculiar sensation remained in Keating's mind: the feeling of an aftertaste. | Но в мозгу Китинга осталось непонятное ощущение - как после перепоя. |
| He would experience a dim flash of it while working on some important structure he liked; he would experience it in the moments when he felt proud of his work. | Смутные отзвуки его возникали, когда он работал над важными проектами, которые ему нравились; он ощущал их в те моменты, когда испытывал удовлетворение от своей работы. |
| He could not identify the quality of the feeling; but he knew that part of it was a sense of shame. | Он не мог точно определить, что это за ощущение, но знал, что частично это было чувство стыда. |
| Once, he confessed it to Ellsworth Toohey. | Однажды он рассказал об этом Эллсворту Тухи. |
| Toohey laughed. | Тухи рассмеялся: |
| "That's good for you, Peter. | "Это не так уж плохо, Питер. |
| One must never allow oneself to acquire an exaggerated sense of one's own importance. | Нельзя позволять себе привыкнуть к преувеличенному ощущению собственной важности. |
| There's no necessity to burden oneself with absolutes." | Не стоит обременять себя абсолютными категориями". |
| 5. | V |
| DOMINIQUE had returned to New York. | Доминик вернулась в Нью-Йорк. |
