| A few friends pointed out to Ellsworth Toohey that he seemed guilty of inconsistency; he was so deeply opposed to individualism, they said, and here were all these writers and artists of his, and every one of them was a rabid individualist. | Некоторые из друзей указывали Эллсворту Тухи на то, что он, кажется, слегка непоследователен; он такой убеждённый противник индивидуализма, а взгляните на всех этих его писателей и художников - каждый из них сумасшедший индивидуалист. |
| "Do you really think so?" said Toohey, smiling blandly. | "Вы так считаете?" - спокойно улыбался Тухи. |
| Nobody took these Councils seriously. | Никто не принимал эти советы всерьёз. |
| People talked about them, because they thought it made good conversation; it was such a huge joke, they said, certainly there was no harm in any of it. | О них говорили лишь потому, что это была неплохая тема для разговора; это просто большой розыгрыш, утверждали некоторые, и конечно, от них нет никакого вреда. |
| "Do you really think so?" said Toohey. | "Вы так считаете?" - спрашивал Тухи. |
| Ellsworth Toohey was now forty-one years old. | Эллсворту Тухи исполнился уже сорок один год. |
| He lived in a distinguished apartment that seemed modest when compared to the size of the income he could have commanded if he wished. | Он жил в очаровательной квартирке, которая казалась скромной в сравнении с тем доходом, который он мог бы получать, если бы захотел. |
| He liked to apply the adjective "conservative" to himself in one respect only: in his conservative good taste for clothes. | Ему нравилось использовать прилагательное "консервативный" по отношению к себе только в одном значении: для обозначения его хорошего вкуса в одежде. |
| No one had ever seen him lose his temper. | Никто никогда не видел, чтобы он вышел из себя. |
| His manner was immutable; it was the same in a drawing room, at a labor meeting, on a lecture platform, in the bathroom or during sexual intercourse: cool, self-possessed, amused, faintly patronizing. | Его поведение никогда не менялось: он был одинаков в гостиной, на совещании, на кафедре, в ванной и во время полового акта - спокойный, владеющий собой, заинтересованный, чуть снисходительный. |
| People admired his sense of humor. | Окружающие восхищались его чувством юмора. |
| He was, they said, a man who could laugh at himself. | "Это человек, - утверждали они, - который в состоянии посмеяться над собой". |
| "I'm a dangerous person. | "Я опасная личность. |
| Somebody ought to warn you against me," he said to people, in the tone of uttering the most preposterous thing in the world. | Кто-то должен предостеречь вас от меня", -говорил он таким тоном, будто речь шла о чём-то совершенно нелепом. |
| Of all the many titles bestowed upon him, he preferred one: Ellsworth Toohey, the Humanitarian. | Из множества предлагавшихся ему званий он предпочитал одно: Эллсворт Тухи, гуманист. |
| 10. | X |
| THE ENRIGHT HOUSE was opened in June of 1929. | Дом Энрайта был завершён в июне 1929 года. |
| There was no formal ceremony. | Официальной церемонии не было. |
| But Roger Enright wanted to mark the moment for his own satisfaction. | Однако Роджер Энрайт хотел отметить этот момент для собственного удовольствия. |
