| Among the many hard rules imposed upon the employees of all Wynand enterprises, the hardest was the one demanding that no man pause in his work if Mr. Wynand entered the room, or notice his entrance. | Среди многих жёстких порядков, заведённых для служащих, самым тяжким было требование, чтобы при появлении мистера Винанда никто не прекращал работы, не замечал его присутствия. |
| Nobody could predict what department he would choose to visit or when. | Никто не мог предсказать, какой отдел будет выбран для посещения и когда. |
| He could appear at any moment in any part of the building - and his presence was as unobtrusive as an electric shock. | Он мог появиться в любой момент в любой части здания, и его присутствие действовало как удар электрического тока. |
| The employees tried to obey the rule as best they could; but they preferred three hours of overtime to ten minutes of working under his silent observation. | Служащие пытались выполнять предписание как можно лучше, но предпочли бы трёхчасовую переработку десяти минутам работы под его молчаливым наблюдением. |
| This morning, in his office, he went over the proofs of the Banner's Sunday editorials. | Утром в своём кабинете он пробежал гранки редакционных статей воскресного выпуска "Знамени". |
| He slashed blue lines across the spreads he wished eliminated. | Он вычёркивал синим карандашом те строки, которые считал ненужными. |
| He did not sign his initials; everybody knew that only Gail Wynand could make quite that kind of blue slashes, lines that seemed to rip the authors of the copy out of existence. | Он не подписывался своими инициалами: все знали, что только Гейл Винанд может вычёркивать текст такими размашистыми синими линиями, которые, казалось, обрекают на смерть авторов этого номера. |
| He finished the proofs, then asked to be connected with the editor of the Wynand Herald, in Springville, Kansas. | Он закончил с гранками и попросил соединить его с редактором "Геральда" в Спрингвиле, штат Канзас. |
| When he telephoned his provinces, Wynand's name was never announced to the victim. | Когда он звонил в свои провинциальные издания, его имя никогда не сообщалось жертве. |
| He expected his voice to be known to every key citizen of his empire. | Он считал, что его голос должен быть известен всем наиболее значительным гражданам его империи. |
| "Good morning, Cummings," he said when the editor answered. | - Доброе утро, Каммингс, - произнёс он, когда редактор ответил. |
| "My God!" gasped the editor. "It isn't ... " | - Господи, - задохнулся редактор, - неужели... |
| "It is," said Wynand. | - Он самый, - ответил Винанд. |
| "Listen, Cummings. | - Послушай, Каммингс. |
| One more piece of crap like yesterday's yarn on the Last Rose of Summer and you can go back to the high school Bugle." | Если в моей газете ещё раз появится такой бред, как вчерашняя история о "Последней розе лета", вы отправитесь обратно в "Гудок" своего колледжа. |
| "Yes, Mr. Wynand." | - Да, мистер Винанд. |
| Wynand hung up. | Винанд повесил трубку. |
| He asked to be connected with an eminent Senator in Washington. | Он попросил соединить его с известным сенатором в Вашингтоне. |
