| When a distinguished society woman asked him to contribute to a worthy charity cause, Wynand handed her a signed blank check - and laughed, confessing that the amount she dared to fill in was less than he would have given otherwise. | Когда некая очень известная в обществе дама попросила его помочь важному благотворительному начинанию, Винанд протянул ей подписанный незаполненный чек и, смеясь, сознался, что сумма, которую она осмелится вписать, будет меньше, чем она получила бы иным путём. |
| He bought some kind of Balkan throne for a penniless pretender whom he met in a speakeasy and never bothered to see afterward; he often referred to "my valet, my chauffeur and my king." | Он купил что-то вроде трона у промотавшегося претендента на престол одной из балканских стран, которого встретил в подпольном ресторане, и больше не желал его видеть; он часто употреблял фразу "мой слуга, мой шофёр и мой король". |
| At night, dressed in a shabby suit bought for nine dollars, Wynand would often ride the subways and wander through the dives of slum districts, listening to his public. | По ночам, надев потёртый костюм, купленный за девять долларов, Винанд часто ездил в метро или бродил по пивным в районе трущоб, прислушиваясь к своим читателям. |
| Once, in a basement beer joint, he heard a truck driver denouncing Gail Wynand as the worst exponent of capitalistic evils, in a language of colorful accuracy. | Однажды в полуподвальной пивнушке он услышал, как водитель грузовика в весьма колоритных выражениях обличает Г ейла Винанда - худшего представителя капиталистического зла. |
| Wynand agreed with him and helped him out with a few expressions of his own, from his Hell's Kitchen vocabulary. | Винанд согласился с ним и поддержал его в собственных выражениях из словаря Адской Кухни. |
| Then Wynand picked up a copy of the Banner left by someone on a table, tore his own photograph from page 3, clipped it to a hundred-dollar bill, handed it to the truck driver and walked out before anyone could utter a word. | Потом подобрал "Знамя", оставленное кем-то на столе, вырвал из него собственную фотографию с третьей страницы, приколол к стодолларовой бумажке, протянул её водителю грузовика и вышел до того, как кто-нибудь смог произнести хоть слово. |
| The succession of his mistresses was so rapid that it ceased to be gossip. | Смена его любовниц происходила так часто, что положила конец сплетням. |
| It was said that he never enjoyed a woman unless he had bought her - and that she had to be the kind who could not be bought. | Говорили, что он никогда не наслаждался с женщиной, предварительно не купив её, но она должна была быть из тех, которые не продаются. |
| He kept the details of his life secret by making it glaringly public as a whole. | Он сохранял подробности своей личной жизни в тайне, делая свою жизнь широко известной. |
| He had delivered himself to the crowd; he was anyone's property, like a monument in a park, like a bus stop sign, like the pages of the Banner. | Он отдавал себя на суд толпы; он не был ничьей собственностью подобно статуе в парке, табличке автобусной остановки, страницам "Знамени". |
| His photographs appeared in his papers more often than pictures of movie stars. | Его фотографии появлялись в его газетах чаще, чем фотографии кинозвёзд. |
| He had been photographed in all kinds of clothes, on every imaginable occasion. | Его снимали в самой разной одежде, по всякому возможному поводу. |
| He had never been photographed naked, but his readers felt as if he had. | Его никогда не фотографировали раздетым, но у читателей было такое чувство, будто они не раз видели его обнажённым. |
