| "Not in the cosmic sense," said Lancelot Clokey. | - В космическом смысле нет, - подтвердил Ланселот Клоуки. |
| "Still, you're lousy." | - И всё же ты бездарь. |
| "You don't have to say it. | - Не повторяй. |
| I said so first." | Я первый сказал. |
| "This is a great play," said a voice. The voice was slow, nasal and bored. | - Это великая пьеса, - произнёс чей-то голос -медленно, устало и в нос. |
| It had spoken for the first time that evening, and they all turned to Jules Fougler. | Голос звучал в этот вечер впервые, и все повернулись к Жюлю Фауглеру. |
| A cartoonist had once drawn a famous picture of him; it consisted of two sagging circles, a large one and a small one: the large one was his stomach, the small one - his lower lip. | Один карикатурист нарисовал его знаменитый портрет - две соприкасающиеся окружности -маленькая и большая, большая была животом, маленькая - нижней губой. |
| He wore a suit, beautifully tailored, of a color to which he referred as "merde d'oie." | На нём был великолепно сшитый костюм, цветом напоминавший, как он говорил, merde d'oie -гусиное дерьмо. |
| He kept his gloves on at all times and he carried a cane. | Руки его постоянно скрывали перчатки, он всегда ходил с тростью. |
| He was an eminent drama critic. | Жюль Фауглер был знаменитым театральным критиком. |
| Jules Fougler stretched out his cane, caught the playscript with the hook of the handle and dragged it across the floor to his feet. | Фауглер протянул к камину трость, подцепил рукопись и подтащил по полу к своим ногам. |
| He did not pick it up, but he repeated, looking down at it: | Он не поднял рукопись, но повторил, глядя на неё: |
| "This is a great play." | - Это великая пьеса. |
| "Why?" asked Lancelot Clokey. | - Почему? - спросил Ланселот Клоуки. |
| "Because I say so," said Jules Fougler. | - Потому что я так сказал, - ответил Жюль Фауглер. |
| "Is that a gag, Jules?" asked Lois Cook. | - Это шутка, Жюль? - спросила Лойс Кук. |
| "I never gag," said Jules Fougler. "It is vulgar." | - Я никогда не шучу, - ответил Жюль Фауглер, -это вульгарно. |
| "Send me a coupla seats to the opening," sneered Lancelot Clokey. | - Пошлите мне пару билетов на премьеру, -скривился Ланселот Клоуки. |
| "Eight-eighty for two seats to the opening," said Jules Fougler. | - Восемь восемьдесят за два места, - сказал Жюль Фауглер. |
| "It will be the biggest hit of the season." | - Это будет гвоздь сезона. |
| Jules Fougler turned and saw Toohey looking at him. | Жюль Фауглер повернулся и увидел, что на него смотрит Тухи. |
| Toohey smiled but the smile was not light or careless; it was an approving commentary upon something he considered as very serious indeed. | Тухи улыбнулся, его улыбка не была лёгкой и беспечной. Это был одобрительный комментарий, признак того, что Тухи считал разговор серьёзным. |
