Несмотря на то, что разум Лизы четко осознавал абсурдность собственных суждений, нелепость и необоснованность ревности, буря возмущения бушевала в ее душе. Она чувствовала себя униженной, ее самолюбие было уязвлено. Она решила показать доктору, что равнодушна к происходящему и не испытывает страдания из-за высокомерного типа вроде него. Глазами Лиза быстро отыскала самого достойного и красивого, на ее взгляд, мужчину на вечере и пригласила его на паркет. Она понятия не имела, кто он такой, да ей это было и неважно. Она довольствовалась тем, что так показала Бороде, что она достойна внимания любого мужчины. Ведь она не сомневалась в своем обаянии и привлекательности. Не останавливаясь на одном танце и мужчине, Лиза выбрала другого кавалера, потом следующего. Она знала, что найдутся те, кто сочтет ее поведение недостойным, но это ее нисколько не сдерживало. В этой демонстрации характера она маскировала и подавляла злобу на доктора Бородина. Лиза решила, что, пока не закончится музыка, а вместе с этим и вечер, она будет танцевать. Ничто не могло ей помешать довести задуманное до конца, если только уставшие ноги не откажут и не подведут ее.
Художник Травинский и поэт Доронин, устроившись в мягких креслах, наслаждались вечером, наблюдая за танцующими парами.
— Как хорошо, что я отложил выписку на завтра, — отметил Художник. — Пропустил бы превосходное зрелище.
— Как, дорогой друг! — взволнованно отреагировал Поэт. — Вы меня покидаете?
— Да, баста, голубчик. Подлечил немного свои кости, пора и меру знать. Своим сказал сегодня не приходить, завтра увидимся. У меня ведь четверо детей и восемь внуков. Соскучился по родным. Скорее бы их увидеть.
— Однако, вы богатый человек. А я вот всю жизнь как перст один, — вздохнул Поэт. — Семьей так и не обзавелся. Не сложилось. Благо брат у меня замечательный. Во всем меня поддерживает, особенно материально. Я вот еще не прошел свой курс реабилитации. Да и дома мне скучно, а здесь жизнь течет по-другому. Мне без вас, дорогой друг, будет одиноко. Ну на кого же вы меня оставляете?
— Голубчик, не расстраивайтесь так. Генерал Москвин составит вам компанию.
— Эх, этого бойца мы давно потеряли, — сказал Поэт, глядя на танцующего в паре со Снегурочкой довольного Генерала.
В хосписе, где люди сражаются с тяжелыми болезнями и сталкиваются с неизбежностью ухода из жизни, каждый миг становится ценным и запоминающимся. Эта вечеринка стала настоящим подарком для всех, кто на ней присутствовал. Даже для одинокой мадам Соболевской. Приглашение на празднование юбилея хосписа было отправлено ее сыновьям, но никто из них так и не соизволил прийти. Но мадам Сове несказанно повезло. Она впервые за долгое время нашла себе собеседников по душе. Среди приглашенных гостей нашлись те, кто помнил и ценил талант оперной дивы, восхищался ее выступлениями и любил оперное искусство в целом. Все ее страхи оказаться на вечере одной отошли на задний план. Вместо них возникло чувство благодарности за то, что она могла наслаждаться прекрасными моментами как все остальные.
А уж кто точно не был одинок и, более того, во всем солидарен друг с другом, так это три неразлучные подружки: мадам Багдасарова, мадам Васнецова и мадам Полянская. Три разнаряженные женщины, обвешавшись драгоценностями, засели в углу зала и наблюдали за всеми присутствующими. С довольными улыбками на лицах Три Сороки тихо шептались и громко смеялись, обсуждая и разбирая по косточкам каждую женщину на балу. Их целью было не только обозначить свое превосходство над другими, но и максимально удовлетворить свое собственное чувство прекрасного. Бурные дебаты и оживленные дискуссии разгорались вокруг одежды, украшений, причесок и макияжа. Три Сороки копались в деталях, сравнивая каждое платье, каждую ткань и каждый драгоценный камень, чтобы выяснить, кто же выглядел более изысканно и элегантно. Но самой привлекательной мишенью для них, безусловно, была загадочная мадам Элеонора, которую они никак не могли оставить без своего внимания. Три сплетницы, опутанные завистью, промывали ей кости.
— О-о-о! Явилась! Ходит тут вся из себя, — со злорадством отметила мадам Полянская. — Королеву корчит.
— И чего ей не сиделось в своей комнате? — буркнула мадам Багдасарова.
— Ну как же, — съязвила мадам Васнецова, — себя показать хотела.
— Да она же вся сделанная, — не унималась мадам Полянская. — Своего ничего нет.
Казалось, три сплетницы могли потратить вечность на обсуждение мадам Элеоноры. Она была их настоящим объектом наблюдения и источником непрерывного волнения.