Мой отец был заядлым коллекционером: как говорил мой брат, он построил «крепость, в которой мог отгородиться от тривиальности внешнего мира». На уличных рынках Лондона и базарах военного времени он сумел раздобыть не только тысячи книг и монет, но также гравюры; штук пятнадцать тростей (ни одной из них он ни разу не пользовался); телефонные справочники самых разных мест (однажды я собрался выбросить один из них, но он запротестовал, со словами: «Может, мне понадобится позвонить кому-нибудь?!» – на что я ответил: «Тому, кто жил в графстве Беркшир в 1932 году?»); множество тостеров; африканскую дубинку с набалдашником; заполненную копьями подставку для зонтов; обтянутый звериной шкурой зулусский щит, который скрипел, когда приближалась гроза; голову антилопы (кто-то из нас восьмерых с детской наивностью прозвал ее «рогоносцем»); секстант (ни разу не побывавший на борту корабля); десятки старых табуретов; противовесы для подъемных окон; три ручные дрели (электрической он никогда не пользовался); цепи разной толщины; старый телефон для внутренней связи; два-три жетона на бензин со «Смурфами» и всевозможные рекламные брелоки для ключей; несколько брошей для римской тоги; руку древнеегипетской статуи Сехмета (когда я отнес ее в Британский музей, сотрудник сказал: «По-моему, это от одной из наших статуй»); осколки саркофага; цилиндрические печати хеттов (как настоящие, так и поддельные); полный тираж журнала Journal of the Society for Psychical Research, спасенный из помойки во дворе их офиса в Кенсингтоне; ружье, пистолет Люгера; призванный отпугивать ведьм шар из зеленого стекла; ручную гранату с чекой; целый шкаф настенных и наручных часов, которые он постепенно чинил; деревянную коробку, набитую рекламными карточками из сигаретных пачек; волшебный фонарь с пугающе загадочными стеклянными заслонками, который коптил, когда его зажигали; коробку акварельных красок, которые, как я выяснил, использовались во время экспедиции 1875 года на борту корабля ВМС Великобритании Alert, экипаж которого намеревался добраться до Северо-Западного прохода; позолоченную лестницу (высотой всего 70 см) времен его военной службы в Алеппо, которой была не одна сотня лет и которая у мусульман выполняла некую ритуальную функцию; наполненный песками пустыни кувшин из Палестины (каждое Рождество мы украшали им рождественский вертеп; небольшой выцветший набросок в цветах сепии, который после смерти отца был продан на аукционе Sotheby’s за 6000 фунтов как эскиз знаменитой венецианской фрески; двухметровый бумеранг аборигена; две персидские вазы XVII века; пузырек нетленной воды из родника в графстве Суффолк, что бьет из-под земли в том месте, куда упала отрубленная викингами голова святой Оситы[132]; два человеческих черепа; рамки и маятники для лозоходства (отец был признанным лозоходцем и редактором журнала Journal of the British Society of Dowsing); сотни ископаемых; выставочную шкатулку, полную драгоценных камней царской эпохи с надписями на русском языке; танковый прицел из Западной пустыни с резиновым окуляром, предназначенным для того, чтобы не выбить себе глаз, передвигаясь по пересеченной местности; кинжал, подаренный шейхом-бедуином, которому отец при помощи лозоходческой рамки помог найти место для колодца; книгу «Процедура экзорцизма» (Exorcismus in satanam et angelos apostaticos iussu Leonis XIII P. M. editus), опубликованную Ватиканом в 1890 году (экземпляр епископа Аравии), и несколько распятий: мои родители были обращенными в христианскую веру католиками.
Примерно 105 миллиардов человек успели прожить свою жизнь с тех пор, когда мы начали рассказывать истории, но лишь около 8 миллиардов живут сейчас. Мы – малая толика нас самих и временами переживаем моменты, когда осознание этого обрушивается на нас, словно внезапно разразившийся ливень.
