Джордж был высоким, атлетичным мужчиной, при этом застенчивым и совсем не похожим на свою темпераментную сестру Джорджиану, герцогиню Девонширскую. Он обожал книги и любил их читать. В отличие от Дианы, которую сплавили в школу-пансион в Гштаде, Джорджу давал частные уроки санскритолог Уильям Джонс – выдающийся интеллектуал эпохи Просвещения, а после мальчик отправился в Тринити-колледж Кембриджского университета. Позднее он был удостоен почетной степени в Оксфорде и получил приглашение стать членом Литературного клуба Сэмюэла Джонсона. Его мать Маргарет – дочь галантерейщика и знаменитая благотворительница – подавала сыну превосходный пример, прививая ему интерес к знаниям. Сама она испытывала ненасытную любовь к чтению и настолько свободно владела латинским и древнегреческим, что ей удавалось каламбурить на этих языках. Она обладала выдающимися управленческими навыками и самостоятельно разработала систему хранения документов – позднее та же методичность проявилась и в характере ее сына. Он славился прекрасной памятью и внимательностью к деталям: чтобы определить, кем была издана книга, ему достаточно было взглянуть на шрифт. На каждой книге в его библиотеке на одном и том же месте стояла пометка с информацией о том, как и при каких обстоятельствах это издание стало частью коллекции.
В возрасте двадцати четырех лет он «голову потерял от любви» к двадцатидвухлетней художнице Лавинии Бингэм. У нее не было приданого, что делало перспективы союза весьма сомнительными, и все же они поженились и родили восемь детей. Она разделяла любовь мужа к книгам и идеям и смогла нивелировать его застенчивость, превратив Олторп в восхитительный салон для представителей культурной интеллигенции.
Коллекция Спенсера постепенно росла, пополняясь находками со всей Европы, и он решил построить так называемую Длинную библиотеку длиной 60 метров. Как-то раз слуга сыронизировал, предложив хозяину приобрести шетлендского пони, чтобы ездить между стеллажами. Библиотека Спенсера была столь обширной, что, начав ее изучать, историк Эдуард Гиббон с большим трудом заставлял себя прерваться. В конце концов половицы стали скрипеть, не умещавшиеся на полках книги перекочевали в картинную галерею этажом выше, и кончилось все тем, что потолок библиотеки обвалился.
Собранную Спенсером коллекцию не раз называли величайшей, имея в виду не только количество книг, но и их ценность: 4000 инкунабул, изданных на заре книгопечатания – до 1500 года, в том числе издание Данте 1472 года. На одном известном аукционе Спенсер ответил на 112 ставок, торгуясь с маркизом Блэндфордом за первое издание «Декамерона» Боккаччо. На протяжении долгого времени сумма в размере 2260 фунтов, которую маркизу пришлось заплатить за книгу, считалась на книжных аукционах рекордной. Много лет спустя он продал книгу Спенсеру за 900 фунтов.
Целеустремленность, с которой Джордж Спенсер добывал книги, не знала границ. На улице Пэлл-Мэлл в Вестминстере он приобрел Библию Гутенберга, а служителей Линкольнского собора каким-то образом убедил продать ему несколько книг, сошедших с печатного станка Уильяма Кекстона – отца английского книгопечатания. В конце концов ему удалось собрать пятьдесят пять подобных редкостей. Он коллекционировал книги со всей Европы. Один итальянский граф, о котором Спенсер отзывался как о «ценном соратнике», раздобыл для него Вергилия 1469 года и первую напечатанную в Италии иллюстрированную книгу. В числе прочих поставщиков были баварский монах, библиотекарь из Мюнхена, профессор из Аугсбурга, обедневший неаполитанский герцог и какие-то не внушающие доверия венские капуцины.
На исходе Викторианской эпохи библиотека Спенсеров оказалась под угрозой – виной всему Джон Пойнтц, 5-й граф Спенсер, который больше заботился о своих гусарских усах и знатной бороде размером больше его головы, чем о семейной коллекции. Один из его биографов признает, что «он не претендовал на высокие интеллектуальные достижения». В годы, проведенные в частной школе Хэрроу, его больше увлекал крикет, чем учеба, поэтому образование он получил весьма скудное и, повзрослев, стал посвящать большую часть времени стрельбе, охоте на лис и притеснению ирландцев. Однажды он взял заем 15 000 фунтов лишь для того, чтобы обеспечить должный уход своим гончим. Как лорд-лейтенант Ирландии, он прежде всего известен своим решением приостановить там действие Хабеас корпус акта[147]. В 1892 году он разместил в газете The Times объявление, где сообщил о своем намерении продать всю олторпскую библиотеку на аукционе Sotheby’s. Вот так запросто книжная коллекция могла разойтись по рукам, однако по счастливой случайности библиотеку сохранил в целости тот, от кого этого можно было ожидать меньше всего.
