Друэлла сменила взгляд на более доброжелательный, и Вальбурга кивнула, все-так же предвзято глядя на золовку. Глаза ее будто навечно застыли в одинаковом взгляде. С поклоном Альдмос разлил им чай, а гостье подал чашку какую-то особенную — черную, с едва заметным гербом семейства Блэк.
-Хозяйка, Альдмос знает, что это ваша любимая чашка. — Сказал он, заметив, как механически расслабились губы Вальбурги при взгляде на посуду. — Подать ли чаю вашему сыну Сириусу и вашей дочери Беллатрисе, хозяйка Друэлла?
-Вы хотите чаю? — спросила Вальбурга, не успела Друэлла и открыть рта.
Беллатриса хотела было согласиться, но, посмотрев на осунувшееся и злое лицо матери, оступилась так же, как и та пару мгновений назад. Сириус же яростным мотанием головы выразил мнение сразу обоих.
Помимо железной дороги Сириус успел отнять у несопротивляющейся девочки еще и сложенный из кубиков замок Хогвартс, двух пищащих кукол, которых он бросил в товарные вагоны вниз лицом и пластмассовую волшебную палочку, которая могла превратить пушистое перо в мохнатого кролика. Чем, собственно, он и занимался, пока Белла покачивала своего медведя и тихо напевала:
-Спи усни. Спи усни.
Она сама чуть было не засыпала от подобной колыбельной и чуточку завидовала Нарциссе, которая крепко, усыпленная зельями от простуды, лежала в своей спальне, не прикованная взглядами чужаков к одному месту.
-Беллатриса Блэк. — Хихикнул кто-то.
Хлопок по ее плечу заставил девочку обернуться, тихонько вскрикнув от боли. Задевший ее, и отнюдь не случайно, был Сириус. Смотря на нее с издевкой, он держал в своей руке ту самую книгу, что вручила ей Вальбурга. Держал старенький фолиант так, будто бы сейчас же хотел его разорвать.
-Отдай! — выкрикнула Белла, вскакивая с места.
Ни секунды бы она не беспокоилась за подарок, не предсказывая бы в сознании громыхающий голос своей матери. Быстрее молнии она вспрыгнула на носочках, но Сириус задрал руки так, что ей пришлось изображать дрессированного зверька, чтобы попытаться достать ее.
-Попробуй, поймай! — весело смеясь выкрикнул Сириус.
Сделав безнадежную попытку прыжка, Белла краем глаза посмотрела на собственную мать, которая была совершенно увлечена разговором с ее тетей. Прыгнув еще раз, и с диким грохотом приземлившись, она заметила то, что ее мать по-прежнему не замечает ничего. И тогда она решилась на крайний шаг:
-Ай, больно. — Громко заорал Сириус. — Ты еще дерешься… Глупая девчонка! — Пропел он, перестав чувствовать боль. — глупая! Безмозглая!
Тяжело дыша от только что дозволенной самой себе дерзости, Белла со злостью смотрела на мальчугана. Но сказанное им самое последнее слово навернуло на ее глаза слезы.
-Заткнись. — Сквозь зубы прошипела она, не смотря в глаза двоюродному братцу.
Из его рук вывалилась вырванная у Беллы книга. Пусть ей казалось то, что сказанное ей слово было произнесено совсем тихо, и как бы брошено между делом, его услышали все. Краем уха она уловила, как разговор двух взрослых женщин затих. В ту же секунду, Белла заметила, как фигура одной из них поднялась с кресла.
-Это еще что такое? — закричала Друэлла, резко вскакивая с кресла.
Ее схватили за руку, резко дернули и закричали ей в ухо. Слова с болью отдавались в ее ушах, сжимаясь, Белла закрыла глаза и, тяжело всхлипнув, заплакала.
-Где твои манеры настоящей леди?! Как ты ведешь себя в обществе?! Позоришь меня и своего отца?
Книжка, ради которой Белла совершила это преступление, лежала на полу. Друэлла подняла и разорвала ее.
Даже пришедшие в их дом гости немало удивились и испугались. Вальбурга, кажется, окончательно перестала уважать Друэллу, произнеся:
-Ты только что порвала дорогущую книгу, Друэлла!
-Не встревай в воспитательный процесс, Вальбурга! — рявкнула Друэлла так громко и эмоционально несдержанно, словно это был единственный в ее жизни шанс поставить хамскую гостью на место.
Упавшая среди игрушек Беллатриса поднялась с пола, краем глаза смотря назад. Помятые лапки игрушек, сломанные детали, кубики. И еще ощущение того что на нее смотрело тысячи глаз не покидало ее. Она зарыдала и увидела, что братец Сириус извиняющимся взором уставился на нее. Такой реакции Друэллы, судя по всему, он не ожидал.
-Попрошу заметить, что ты зря орешь на свою дочь, мой сын виноват во всем ничуть не меньше! Более того — он все это начал. Он у меня послушный ребенок, но жуткий озорник.
Друэлла перевела взгляд с Вальбурги и взглянула на рыдающую дочь таким неистовым взглядом, будто та подговорила свою тетю заступиться за себя.
-Сириус, подойди и выпей с нами чаю. — Сказала Друэлла, весьма странно подводя итоги всего.
Сириус, по всей видимости, разумно рассудив, что отказ будет воспринят им неправильно присел рядом. Ожидавшая его пузатая чашка наполнилась белесой жидкостью. Домовик подал пирожные, а Вальбурге опять какое-то особенное, отличающееся от всех.
