История Египта полностью

Многие люди сохранили веру в загробную жизнь, но переняли для себя древние царские ритуалы: например, вырезали отрывки из «Текстов пирамид» на своих гробах, чтобы тоже, став Осирисом, достичь обожествления после смерти. Другие подчеркивали необходимость претворения в жизнь истины маат, под которой подразумевалась правда, справедливость и добродетельность. «Повесть о красноречивом поселянине» наставляет: «Правда пребывает до века, она нисходит вместе с тем, кто поступает в соответствии с ней, в преисподнюю, когда совершается его погребение. И когда он предан земле, его имя не изглаживается на земле: его вспоминают за добрые дела. Таково предписание слова божия». Эти представления родились из ощущения хрупкости и уязвимости, которым была пропитана духовная атмосфера Первого переходного периода.

Анхтифи был одним из многих провинциальных магнатов, разбогатевших на грабежах и поддерживавших весьма непрочные связи с гераклеопольскими царями из Десятой династии. Он был старшим над жрецами и номархом, то есть имел высшую духовную и светскую власть в Иераконполе, откуда происходили первые цари объединенного Египта, правившие за тысячу лет до описываемых событий.

Анхтифи было предложено занять аналогичные посты и в соседнем Эдфу — причем сделал это не гераклеопольский правитель, а не кто иной, как сам Хор, бог-покровитель города. Анхтифи описывает это в длинной автобиографической надписи, высеченной в его гробнице: «Хор позвал меня в область Эдфу, чтобы восстановить процветание, здоровье и жизнь». Весьма красноречив тот факт, что Анхтифи только один раз упоминает в своей надписи имя царя Неферкара, причем выглядит это так, что Анхтифи просит о благословении для него: «Пусть Хор пошлет хороший разлив своему сыну Неферкара». Намеки на плохой разлив становятся общим местом в текстах Первого переходного периода, а Анхтифи так описывает положение дел в Верхнем Египте: «Весь юг умирал от голода, люди поедали своих собственных детей». Однако это преувеличение, типичный способ, посредством которого правители доказывали свою необходимость, утверждая, что простые люди не смогут справиться с тяготами жизни, будучи предоставленными самим себе и что в их собственных интересах подчиниться власти. Как говорит Анхтифи: «Тем, кого я взял под свою руку, ничто не могло навредить, ибо рассуждения мои были мудры, а планы — превосходны. Но всем невежественным и жалким людям, которые возражали мне, я отплатил за их дела». Власть Анхтифи распространялась до первого порога на юге, он совершал набеги на Фивы. Но в конце концов Иниотеф и его преемник оказались более удачливыми в борьбе за власть.

Ок. 2160 г. до н. э. Хети, бывший, по-видимому, номархом в эпоху Древнего царства, становится первым царем Девятой династии и превращает Гераклеополь в свою столицу. Первоначально династия претендует на власть над всем Египтом, но через несколько десятилетий в верхнеегипетских Фивах появляется самостоятельная династия правителей. Гера-клеопольские цари предпринимают военные действия против азиатских захватчиков в Дельте и имеют определенную власть над Нильской долиной вплоть до Абидоса, однако при них и при их преемниках из Десятой династии государство по своей сути является скорее конфедерацией отдельных областей без прочной централизованной власти.

Ок. 2125 г. до н. э. На юге страны Иниотеф Великий, совмещавший должности номарха и верховного жреца в Фивах, провозглашает себя наследным царевичем и господином Верхнего Египта, хотя и не претендует на то, чтобы быть царем. Несколько поколений спустя среди потомков Иниотефа возникает предание, что человек по имени Тепи-а, буквально — «предок», известный также как Ментухотеп I, правил в то время как царь, однако в действительности этот персонаж — не более чем вымысел.