Трактовка идей Локком – свидетельство гносеологизации его философии. Традиционно идеи, начиная с Платона, рассматривались преимущественно в онтологическом смысле (как самосущие реальности, вневещные и вечные), что особенно характерно для средневековой схоластической философии. У Локка же акцент делается прежде всего на гносеологическом содержании идей: идеи «обозначают все, что является объектом мышления»[150]. Усиление гносеологического содержания идей выражалось при этом в убеждении мыслителя в том, что непосредственно нам даны только идеи, а не сами вещи, которые, конечно, за ними скрываются, но до которых не так просто дойти. Это положение гносеологии Локка носило двойственный характер, заключало в себе возможность как материалистической, так и идеалистической интерпретации.
Весьма важный элемент воззрений Локка – его представления о первичных и вторичных качествах. Как первичные, так и вторичные качества относятся к идеям, полученным на основе внешнего опыта. Идеи первичных качеств возникают благодаря воздействию на наши органы чувств свойств, принадлежащих объектам внешнего мира. Локк причисляет к ним пространственные свойства, массу, движение и т. д. Он считает их реально существующими. Возникновение вторичных качеств в определяющей степени связано со спецификой наших органов чувств. Локк относит к ним запах, цвет, вкус и т. д. Эти свойства отличаются тем, что существуют лишь для нашего сознания. Реальность вторичных качеств субъективна, существует только в человеке, но они отнюдь не иллюзии субъекта. Вопрос о первичных и вторичных качествах для последующей науки, особенно физиологии и философии, всегда оставался очень трудной проблемой, таящей в себе возможности различных объяснений.
Существенной частью локковской гносеологии является учение о видах знания по степени его точности. В своих рассуждениях о достоверности нашего познания он различает два вида знания: бесспорное и правдоподобное. Бесспорное знание является продуктом мышления-размышления. Оно не может быть получено лишь на основе непосредственного внешнего опыта. Напротив, правдоподобное знание (иногда он его называет мнением) является продуктом непосредственного (эмпирического) опыта, оно еще не прошло через механизм мыслительной деятельности.
В бесспорном знании Локк, в свою очередь, выделяет три вида знаний.
Первая разновидность (самое точное знание) – интуитивное. Оно опирается на мышление, основа которого – в обобщении внутреннего опыта. Интуиция имеет место тогда, когда ум, сравнивая идеи, предпочитает ту или иную, переходит от одной идеи к другой и т. д.
Вторая разновидность знания – знание демонстративное, выводное, доказательное. Это знание дедуктивное, опирающееся на мышление, чьей основой является обобщение идей, возникающих на основе внешнего опыта.
Два первых знания образуют в своей совокупности умозрительное, чисто умственное знание. Будучи максимально точным, оно весьма незначительно по своему объему. Человек не смог бы жить, руководствуясь только этим видом знания.
С необходимостью должна существовать и третья разновидность знания. Локк называет это знание сенситивным (или чувственным), т. е. знанием о внешних предметах, получаемым через наши ощущения. Без него жизнь просто невозможна, хотя по степени достоверности оно стоит на последнем месте.
Сущность Бога, как и субстанциональная сущность любой вещи, непознаваема. Понятие Бога не носит врожденный характер. К идее Бога человек приходит в результате мысленного опыта, внимания и размышления. Лишь когда человек пройдет этот путь, ему становится очевидна интуитивная ясность существования Бога как вечного источника, от которого зависит весь преходящий мир.
Аргументы в пользу бытия Бога у Локка носят противоречивый характер: иногда он апеллирует к физико-теологическому доказательству (наличие в творении мудрости и силы приводит к открытию божества); иногда, вступая в противоречие со своей позицией о том, что идея Бога не носит врожденный характер, ссылается на онтологический аргумент в пользу бытия Бога и заявляет, что наше знание бытия божия достовернее, нежели познание бытия всякой другой вещи, не открытой нам непосредственно нашими чувствами. Более того, мы знаем бытие божие достовернее, нежели бытие всякой другой вещи вне нас.
