В это время, опасаясь, как бы не оказаться побежденным природной страстью и завлеченным в различные перипетии распутства, сочетался браком по совету своих людей с Ирменгардой, будущей королевой, происходившей из знатного рода, ибо была дочерью графа Инграмна[1507].
Между тем в это же время он устроил повсюду на рубежах Аквитании очень крепкую оборонительную линию. Ибо укрепил город Авсону, крепость Кардону, Кастасерру[1508] и другие поселения, покинутые в прежние времена, распорядился заселить их и поручил оборонять графу Буреллу[1509] с надлежащими вспомогательными войсками.
По прошествии зимы отец-король послал к нему людей, чтобы с войсками, какими только возможно, прибыл к нему, отправляющемуся против саксов. Людовик, не откладывая отправку, прибыл к нему в Аквисгран и с ним самим отправился в Фримерсхайм[1510] на реке Рейне, где Карл провел генеральный конвент. Людовик оставался с отцом в Саксонии до дня святого Мартина. Затем покинул с отцом Саксонию и, когда большая часть зимы прошла, отбыл в Аквитанию. На следующее же лето король Карл послал к нему людей, дав указание отправляться с ним в Италию. Но, изменив решение, приказал Людовику оставаться дома.
Когда король Карл отправился в Рим и принял там императорскую инфулу, король Людовик вновь отбыл в Толозу, а оттуда направился в Испанию. Когда подошел к Барциноне, герцог этого города Заддон[1511], будучи уже подданным, встретил его, но город не сдал. Обойдя его и подойдя к Илерде[1512], король захватил и разорил ее. Разрушив ее, опустошив и спалив другие поселения, король дошел до Оски. Ее поля, полные урожаем, выкосила, опустошила, спалила вооруженная сила, и все, что было найдено вне города, было уничтожено всепожирающим огнем. Совершив это, когда уже приближалась зима, король вернулся домой.
Когда вновь наступило время лета, славный император Карл вторгся в Саксонию, отдав распоряжение сыну, чтобы и он сам следовал за ним, будучи готовым зазимовать в этой земле. Сам Людовик, без промедления исполняя приказ, прибыл в Невскию[1513], переправился там через Рейн, спеша соединиться с отцом. Но прежде чем прибыл к нему, в местечке, имя которому Остфалоа, встретил отцовского вестника c указаниями не утомлять себя далее продолжением похода, но лучше в удобном месте разбить лагерь и ожидать там его возвращения. Ибо император Карл уже возвращался победителем, покорив весь народ саксов. Когда сын встретил его, Карл, крепко обняв и расцеловав, воздал ему многие хвалы и благодарности. Много превознося пользу от его исполнительности, провозгласил, что счастлив иметь такого сына. Когда, наконец, закончилась длительная и кровопролитная саксонская война, которая, как говорят, продолжалась тридцать три года, король Людовик, отпущенный отцом, вернулся со своими людьми в собственное королевство на зимние квартиры. Затем с окончанием зимы император Карл, найдя удобное время, — ибо отдыхал от внешних войн — стал объезжать приморские области своего королевства. Когда Людовик узнал об этом, послав в Ротомаг легата Адемара, просил его завернуть в Аквитанию и посетить королевство, которое предоставил ему, прибыв в место, которое называется Кассиногилом. Отец с почетом выслушал его просьбу и поблагодарил сына, однако отказал ему в его просьбе и дал указание прибыть к нему в Туроны. Сын, прибыв туда, был очень радушно встречен им. И когда Карл возвращался во Францию, провожал его вплоть до Верна[1514]. Там оставив его, Людовик вернулся в Аквитанию.
На следующее лето[1515] Барцинонский герцог Заддон поддался советам некоего, как он полагал, своего друга выступить до Нарбонны. Будучи захваченным в плен, он был приведен к королю Людовику и отведен им в свою очередь к отцу Карлу. В это самое время король Людовик, собрав в Толозе народ своего королевства, проводил совет, обсуждая то, что представлялось необходимым предпринять. Ибо когда скончался Бургундион, его графство Фиденциак[1516] было пожаловано Лиутарду. Васконы, восприняв это болезненно, дошли до такого своеволия, что даже из его людей одних посекли мечом, других же сожгли огнем. Будучи вызванными в Толозу, хотя сначала отказывались идти, однако вынуждены были прибыть, чтобы дать объяснения, и понесли заслуженное наказание за столь дерзкие поступки так, что некоторые были сожжены огнем по закону талиона.
