Следующим летом с воинскими силами, которые представлялись достаточными, Людовик отправился в Испанию. Пройдя через Барцинону и придя в Таррагону, кого обнаружил там, взял в плен, остальных обратил в бегство. Все поместья, замки, поселения вплоть до Тортосы разорила военная сила и уничтожил всепожирающий огонь. Между тем в местечке, имя которому Санкта Колумба[1521] Людовик разделил свои силы на две части, большую часть поведя с собой на Тортосу, Изембарда же, Адемара, Беру и Бурелла направив налегке с остальными далее, чтобы, переправившись через реку Ибер, неожиданно напали, пока враги пребывали на своих местах, не ожидая нападения от этого скрытного выступления, или, как минимум, посеяли панику среди них, наведя хаос на земле. Итак, пока король направлялся к Тортосе, упомянутые воины долго обходили верховья Ибера, идя по ночам, а днем скрываясь в чаще лесов. Наконец, они переправились вплавь равным образом и через Ибер, и через Цингу[1522]. Совершив этот путь за шесть дней, на седьмой день переправились. Оставшись все невредимыми, широко опустошили вражескую территорию, дойдя до их крупнейшего поместья, которое называется Вилла-Рубеа[1523], унеся оттуда очень большую добычу, поскольку враги были застигнуты врасплох, ничего не подозревая. Когда после произошедшего те из сарацин, которым удалось ускользнуть, отовсюду разнесли весть об этом разгроме, было собрано немалое число мавров и сарацин, которые встали не пути франков при входе в ущелье, которое называется Валла-Ибана[1524]. Природа этого ущелья такова, что, располагаясь само в глубине, с обеих сторон окружено высокими отвесными горами. Если бы Провидение Божье не помешало войти в него, наши были бы либо побиты камнями без каких-либо затруднений со стороны врагов, либо попали в руки неприятеля. Но пока те преграждали путь, наши пошли другим путем, более пологим и открытым. Мавры, считая, что наши делают это не из-за заботы о своей безопасности, а, скорее, из-за страха перед ними, стали преследовать их со спины. Наши тем временем, оставив добычу позади себя, обернулись к врагам лицом и с Божьей помощью в жаркой схватке обратили их в бегство, убивая застигнутых. И, воодушевленные, вернулись к добыче, которую оставили. Наконец, на двадцатый день после своего отбытия окрыленными возвратились к королю, потеряв очень немногих из своих. Король Людовик радостно встретил своих и, всюду опустошив вражескую землю, вернулся домой.
