Урбан VI был первым из пап, кто, подобно светским правителям, имел свой герб. (После него это стало системой. Фамильные гербы, естественно, и прежде имелись у пап, происходивших из аристократических семей. Первым из известных историкам был герб Теофилактов, принадлежавший Бенедикту IX [1032–1044], выходцу из тускулумского графского рода. Широко пользоваться гербами кардиналы и другие высшие иерархи стали после Констанцского собора. Пошло это вот откуда: принимавший участие в соборе король-рыцарь Сигизмунд и члены его свиты вывесили щиты со своими гербами на фронтоне дома, где они поселились, – церковные сословия и в этом плане не хотели отставать от светских вельмож.)
Бурный конклав, избравший Урбана VI, однозначно показал, что церковь созрела для реформ. Первым шагом здесь должно было бы стать реформирование Курии и кардинальской консистории. Но когда папа декларировал подобного рода намерения, французские кардиналы, и до этого с подозрением наблюдавшие за его деятельностью, встали на путь прямого сопротивления. Один за другим они исчезали из Рима – и собрались в Ананьи, где открыто заявили, что избрание Урбана VI происходило под принуждением, а следовательно – недействительно. Так что папский престол свободен и необходимо избрать нового папу.
Возглавлял партию, выступившую против Урбана, кардинал Амьенский. Оппозиционные кардиналы находились под вооруженной защитой графа Гаэтани ди Фонди. Они вступили также в контакт с французским королем Карлом V, который заверил их в своей поддержке. В то же время Урбан втянулся в конфликт с Неаполитанским королевством, с королевой Иоанной: он поддержал претензии на трон союзника венгерского короля Лайоша I – герцога Карла Дураццо. Теперь уже все кардиналы, за исключением Тибальдески (который вскоре скончался), были в Ананьи. Папа Урбан быстро нашел выход из ситуации: он назначил 29 новых кардиналов, сплошь приверженцев своей партии, в том числе ряд своих родственников.
Для выборов нового папы кардиналы собрались в Фонди (на неаполитанской территории), где 20 сентября 1378 г. избрали папой француза, кардинала Роберта, графа Женевского; он взял себе имя Климент VII (1378–1394). Новый папа был скорее политиком и полководцем, чем священнослужителем, живущим жизнью праведника. А значит, в предстоящей неминуемой череде интриг и стычек у него было больше шансов. После того как Урбан VI, прочно обосновавшийся в Риме, предал анафеме антипапу и его кардиналов, то же самое в отношении Урбана проделал и Климент VII, временно осевший в Фонди. После этого церковный раскол стал свершившимся фактом.
Юрисдикцию обоих пап внутри вселенской церкви признавали в зависимости от политических интересов той или иной власти. Легитимным папой Урбана VI считали в Священной Римской империи, Венгрии, Польше, Скандинавских странах и Англии. Что же касается Климента VII, то ему выразили обедиенцию церкви таких государств, как Франция, Шотландия, Неаполь, Сицилия и государства Пиренейского полуострова. Это деление в основных чертах отражало ситуацию с противостоящими друг другу лагерями в Столетней войне. (Естественно, были и исключения; например, австрийский герцог Леопольд занял сторону Климента.) Университеты, провинции монашеских орденов, епископства сами решали, чью сторону им занять. О тенденции формирования национальных церквей свидетельствует тот факт, что церковь в данной стране, как правило, ориентировалась на позицию, которую занимала светская власть этой страны. В монашеских же орденах разделение происходило по провинциям.
