Внутри церкви также формировалась абсолютная монархия – папская, – так как реформаторские решения понимались и осуществлялись папами в духе абсолютизма и централизма. Церковь эпохи Контрреформации стояла на платформе абсолютистского авторитаризма; сильно централизованным было и управление церковью. В своей деятельности, связанной с контролем, обновлением и корректированием церковной жизни, папы вмешивались во внутреннюю жизнь церквей отдельных стран в гораздо большей степени, чем когда бы то ни было ранее. Централизованная папская юрисдикция – абсолютная монархическая власть папы – усиливалась как во внешнем, так и во внутреннем аспектах.
Консервативную церковную реформу в воинствующую, агрессивную Контрреформацию превратили иезуиты, которые развернули свою деятельность, пользуясь, как щитом и мечом, властью испанских и австрийских Габсбургов. Исходным пунктом контрреформаторской деятельности – как и Реформации – послужила Германия. Главными оплотами иезуитской Контрреформации стали университеты. Фердинанд I создал такое заведение сначала в Вене, потом в Праге. В 1561 г. Миклош Олах, архиепископ Эстергомский, учредил иезуитский колледж в городе Надьсомбат[101]. Эти факты показывают, что иезуиты в первую очередь готовили, воспитывали контрреформаторскую элиту, которая затем, при поддержке политической власти (опираясь прежде всего на католическую Баварию герцога Альбрехта), начала возвращать в католичество князей-протестантов. Ясно, что для этого необходимо было предложить им такие же (или даже более выгодные) условия, которые те получали или могли ожидать от Реформации. Когда князь в протестантском мире приобретал какую-либо церковную собственность, Контрреформация обещала ему: если ты выразишь согласие с папой, а тем более если вступишь в союз с ним, то сможешь сохранить свои приобретения за собой, причем твое влияние в католической церкви только вырастет. (Имелось в виду: благодаря тесному союзу светской власти и церкви.) Папы поняли, что авторитет и влияние католической церкви можно обеспечить только при опоре на светскую власть, поэтому они последовательно выстраивали в Контрреформации тесный союз с князьями – и добились в этом больших успехов. Нужно учитывать: если князь (монарх) возвращался в католическую веру, его примеру следовало и дворянство – только так оно могло сохранить свою роль в государстве. Так что с конца XVI в. принцип «cuius regio, eius religio» отвечал уже интересам Контрреформации.
Сходство и даже тождество интересов папства и княжеского абсолютизма, крепнущий союз между ними – все это подразумевает, что светская власть также претендовала на большее влияние в жизни и судьбе папства. Так в середине XVI в. возникло государственное право вето (exclusiva), связанное с порядком избрания папы. Оно означало, что светская власть через уполномоченного ею кардинала могла на конклаве официально и открыто вместо нежелательного ей лица выдвинуть кандидатом любого другого из кардиналов, участвующих в выборах. Хотя происхождение этого права не совсем ясно, но, по всей вероятности, первым дал указание представляющим империю кардиналам, за кого они не должны голосовать, император Карл V. Испанские и австрийские Габсбурги ввели право вето в обиход, хотя Павел IV еще в 1562 г. протестовал против него. В конце XVI в. испанские короли также определяли, кого из претендентов, по их мнению, следует избрать папой. В следующем же столетии правом вето пользовались французский король Людовик XIV и его преемники.
После Пия IV, закрывшего Тридентский собор, нужен был папа, который был бы последователен в понимании реформ. И неслучайно был причислен к лику святых папа Пий V (1566–1572), который именно так трактовал декреты, определившие облик католицизма Нового времени. Три столетия отделяют его от предыдущего святого папы. Выборы, на которых папой был избран кардинал Гизлиери, организовал архиепископ миланский Карло Борромео. Гизлиери был монахом-доминиканцем, потом инквизитором. Павел IV вскоре сделал его главой римской инквизиции. Став папой Пием V, он остался аскетом; свою миссию он видел в том, чтобы твердой рукой привести Контрреформацию к триумфу. Суровый со всеми, он не делал исключения и для своих родственников – и держал их вдали от папского двора. (В период его понтификата в Церковном государстве царил дух Борромео.) Искоренив непотизм и торговлю должностями, Пий V приступил к реформе Курии.
