Климент XI более решительно, чем его предшественники, боролся против янсенизма, потому что в этом он уже мог рассчитывать и на поддержку светской власти. Изданной в 1705 г. буллой «Vineam Domini»[109] он помог Людовику XIV в разгроме янсенистов. Тогда уже стало очевидно, что власть не заинтересована в теологической модернизации католицизма. Полемика достигла кульминации в 1708 г., когда папа включил в Индекс французский перевод Нового Завета, сделанный Кенелем: в нем были обнаружены янсенистские идеи. Король же разогнал янсенистский монастырь Пор-Рояль, сам замок в 1709 г. разрушили и сровняли с землей.
В полемике об отношении к янсенизму французское духовенство раскололось. Архиепископ Парижа де Ноай встал на сторону янсенистов, король же бросил Кенеля в тюрьму. Климент XI в своей знаменитой булле «Unigenitus Dei Filius»[110] (1713) объявил еретическими 101 фразу из перевода, сделанного Кенелем, и обязал архиепископа Ноая отменить «Nihil obstat!», данное им на издание книги. Тогда едва ли не все французское духовенство во главе с архиепископом приняло сторону янсенистов и осудило позицию папы и иезуитов. В соответствии с галликанскими традициями они снова апеллировали к Вселенскому собору. В атмосфере постоянного усиления духа Просвещения и распространения свободного от религиозных догм мышления спор довольно быстро заглох.
Длившийся почти четверть века понтификат Климента XI сменился малозначительным и бедным событиями правлением папы Иннокентия XIII (1721–1724). Затем Святой престол занял член старинного римского семейства Орсини – выходец из доминиканцев, архиепископ города Беневенто кардинал Пьетро Франческо Орсини, ставший папой под именем Бенедикта XIII (1724–1730). Новый папа был личностью бесцветной и слабой, в нем напрочь отсутствовала властность. Так что вместо далекого от жизни папы католической церковью правил его фаворит и секретарь Никколо Коша, из прелата выдвинутый в кардиналы. Коша самым недостойным образом злоупотребил доверием престарелого папы: грязными сделками и махинациями он довел Церковное государство и Курию почти до полного морального и материального краха. При жизни папы положение Коши было незыблемым, но сразу после смерти Бенедикта в Риме вспыхнул настоящий бунт против временщика.
Новый папа, Климент XII (1730–1740), отдал бывшего фаворита под суд, и тот был приговорен к десяти годам тюрьмы и уплате 100 000 скудо штрафа. Серьезной проблемой для папы Климента стала необходимость восстановления порядка и общественной безопасности в Риме, который долго не мог успокоиться после истории с Кошей. Климент XII (Лоренцо Корсини) происходил из благородной флорентийской семьи, но, как почти все папы той эпохи, уже при вступлении на папский престол был больным стариком. В 1732 г. он полностью ослеп. Его авторитета не хватало даже на то, чтобы сохранять территориальную целостность Папской области, на которую то и дело покушались участники великодержавных династических войн. Австрийцы окончательно отобрали у папства Парму и Пьяченцу. Правда, сама Австрия в 1733 г. потеряла Королевство обеих Сицилий, которое присвоили испанские Бурбоны. Папа куда охотнее видел бы своим южным соседом режим Габсбургов, нежели Бурбонов, которые уже тогда проводили откровенно антипапскую политику. В 1737 г. вымер флорентийский клан Медичи. Великое герцогство Тосканское приобрела Австрия, тем самым упрочив свое влияние и в Средней Италии. Позиции Австрийской империи в ее противостоянии Бурбонам помогали укрепить Ломбардия, Бельгия и Венгрия.
Вместо Климента XII власть и управление осуществлял его непот, кардинал Нери Корсини. Члены семейства Корсини были известными меценатами в сфере искусства и науки. Во дворце Корсини были собраны ценнейшие произведения живописи, находилась богатая библиотека. Папа, несмотря на финансовые трудности, расширил и Ватиканскую библиотеку, привлекая к работе в ней крупных специалистов. Но в неприятии современных идей он был непреклонен. Первым из пап Климент XII осудил в 1738 г. масонство, которое в то время еще способствовало распространению прогрессивного буржуазного свободомыслия. В масонстве папы видели всемирную конспиративную сеть, враждебно настроенную к религии и церкви, а следовательно, подлежащую искоренению всеми возможными средствами.
