Возвратившись в Рим, Пий VII заключил соглашение с восставшим против Наполеона неаполитанским королем маршалом Мюратом, который пытался таким путем спасти свое королевство. Мюрат вернул папе захваченные Лацио и Умбрию, папа за это признал его Неаполитанское королевство. (В то же время вступившие в Италию австрийские войска поспешно заняли Болонью, Феррару и Равенну.) Пий VII снова назначил Консальви государственным секретарем, и они вместе приступили к восстановлению Церковного государства и всего управления церковью. Темпы реставрации были бурными, консервативная партия торопилась наверстать упущенное. 7 августа 1814 г. своей буллой «Sollicitudo omnium» папа восстановил иезуитский орден, который в XIX в. вновь стал пользоваться большим влиянием. Пять дней спустя Пий VII запретил католикам вступать в масонские ложи. В Риме реставрация папства привела к господству строго консервативного церковного духа.
Во время стодневной попытки Наполеона совершить свою реставрацию, реставрацию империи, Мюрат (который, кстати сказать, был зятем Наполеона) снова стал на сторону экс-императора и в марте 1815 г. вторгся на территорию Церковного государства. Спасаясь от неаполитанцев, Пий VII бежал в Геную. Мюрат же в битве с австрийцами потерпел поражение, попал к ним в плен и был казнен. В июле 1815 г. папа вернулся в Рим окончательно.
Возвращением папству светской власти занялся Венский конгресс 1814–1815 гг. На этом великом европейском конгрессе папу представлял Консальви, который вновь встретился там со своими давними противниками: Талейраном, теперь уже министром иностранных дел Франции, и австрийским канцлером Меттернихом. Вначале державы занимали неоднозначную позицию относительно судьбы Папского государства. Консальви выступил с требованием восстановить Церковное государство в его донаполеоновских границах. Австрия же отстаивала свои новые приобретения в Италии, желая сохранить за собой захваченные в 1814 г. папские провинции (Болонью, Феррару и Равенну). Талейран в этом споре оставался нейтральным, в то время как в лице некатолических держав (Англии, Пруссии и России) глава католической церкви получил эффективную поддержку: они не были заинтересованы в дальнейшем усилении австрийского присутствия в Италии.
Своим решением от 9 июня 1815 г. Венский конгресс восстановил Церковное государство в прежних границах – с минимальными отклонениями, – и ему была гарантирована международная правовая защита. (Папские владения в Южной Франции: Авиньон и Венессен – отошли к Франции; северная приграничная территория папской провинции Феррары, Комаккьо, стала австрийской.) Однако претензии папы на Парму и Пьяченцу удовлетворены не были; их получил сын Марии Луизы.
Правда, Консальви на Венском конгрессе не смог добиться, чтобы все секуляризованные церковные владения – главным образом на территории бывшей Священной Римской империи – были возвращены их первоначальным владельцам. Это требование, ставившее целью повернуть колесо истории вспять, было единодушно отвергнуто великими державами, поскольку оно затрагивало и их внутренние интересы. Вопросы религии, конфессий, даже взаимоотношений государства и церкви на Венском конгрессе не были отнесены к сфере международной политики; было решено, что их урегулирование входит во внутреннюю компетенцию отдельных государств.
Консальви в знак протеста покинул конгресс. А папа Пий VII на проведенном им в сентябре 1815 г. тайном заседании Консистории даже выразил решительный протест против оскорбительных, по его мнению, решений Венского конгресса.
Новый виток[112] формирования взаимоотношений между троном и алтарем – под сенью Священного союза – проходил под знаменами контрреволюционной реставрации. Восстановленное и поддерживаемое иностранной военной силой Церковное государство стало символом косности и консерватизма. В первой половине XIX в. Пий VII посредством конкордатов связал папство с консервативными реакционными державами Европы. Соответственно и само папство нашло свое место в рядах тех сил, которые вели идейную и идеологическую борьбу против либерализации и буржуазных преобразований.
Какое-то время традиционализм, ультрамонтанство и католическая романтика уживались друг с другом в узких рамках того курса, которого придерживался Ватикан. Однако зародившийся в 1820-х гг. либеральный католицизм, затем христианская демократия уже свидетельствовали о поисках других путей, о разброде внутри церкви. В середине столетия папа Григорий XVI решительно выступил против конституционного правового государства, буржуазного общества и формирующегося рабочего движения.
