Партия центра оказала большую услугу Ватикану также в прекращении деятельности «Культуркампф», доставившей много неприятностей Ватикану. К 1887 г. Бисмарк постепенно отменил антицерковные законы: в 1880 г. он аннулировал «майские законы», в 1882 г. восстановил дипломатические отношения Пруссии (но не Германской империи) со Святым престолом. Здесь к сближению его побудила необходимость сплочения сил против рабочего движения. В 1875 г. в Готе была создана Социалистическая рабочая партия Германии, объединившая «лассальянцев» и «эйзенахцев». Объединение придало новые силы разобщенному до того времени германскому рабочему движению. Благодаря поддержке рабочей партии развернулось профсоюзное движение, создавались различные кооперативы и рабочие просветительские общества. В рабочее движение включалась рабочая молодежь и женщины, что еще более затрагивало интересы церкви. В 1878 г. в одной из своих первых энциклик, «Quod apostolici muneris», Лев XIII, еще придерживаясь позиций своих предшественников, резко осудил социалистическое рабочее движение и одобрил выступления властей против него. В это время в Германии был принят и введен в действие исключительный закон против социалистов. Оба этих события совпали во времени неслучайно. Политика объединения в Германии ознаменовалась успехом; Лев XIII на тайном заседании консистории 23 мая 1887 г. с удовлетворением констатировал, что о «Культуркампф» можно забыть.
Таким образом, стержневой момент политики Льва XIII – сближение с эпохой; но у этой политики была и оборотная сторона: непримиримое отношение к буржуазной Италии, жесткое неприятие закона о папских гарантиях 1871 г. («Non expedit!»), попытки реставрации светской власти папы, Папского государства. В программной энциклике восстановление светской власти Лев XIII обозначил как одну из своих основных целей.
Итальянские католики, принимавшие участие в государственной и муниципальной жизни, считали, что вопрос о восстановлении небольшой части Папского государства мог бы быть решен с помощью внутриполитического диалога. Лев XIII отверг эту возможность; для него римский вопрос был вопросом внешней политики, который следует решать дипломатическим путем, при содействии великих держав. В уже упомянутой первой энциклике, а также в своем письме (от 5 июня 1887 г.), адресованном его новому и весьма способному государственному секретарю кардиналу Рамполле дель Тиндаро при вступлении его в должность, Лев XIII обосновывал право на существование Церковного государства, прибегая к историческим аргументам. Конкретные доводы он черпал главным образом из неогвельфовских концепций Росмини и Джоберти. Он не настаивал на реставрации всего Церковного государства, он хотел восстановить лишь часть его – от правого берега Тибра до моря; во главе этого государства он, как союзный князь, вошел бы в состав Итальянского королевства. Тем самым наступило бы примирение между папством и Италией. Для реализации своего плана он и хотел опереться на великие державы, прежде всего на Германию и Австро-Венгрию, но те не пожелали жертвовать своей великодержавной союзнической политикой (Тройственным союзом, заключенным с Италией) ради интересов Льва XIII. С 1898 г. папа стал чаще смотреть в сторону Франции; приверженцем французской ориентации в первую очередь был Рамполла. (Одновременно Ватикан поддерживал хорошие отношения с царской Россией.)
Что касается решения принципиальных вопросов, то Лев XIII довольно успешно устранял препятствия, которые стояли на пути примирения с государствами. Папа и его государственный секретарь развили активную дипломатическую деятельность, Ватикан вновь стал фактором международной политики. Однако им не удалось добиться, чтобы папство вернулось за стол международных переговоров и выполняло роль международного арбитра. Отчужденное отношение к Италии, союз с русским царизмом и с императорской Германией, а также поддержка французского буржуазного государства, противостоявшего демократическому католическому движению, – все это свидетельствует о том, что попытки папы примирения с современным государством и буржуазным прогрессом (что отчетливо видно в случае с Францией) носили тактический характер. Папа и папство по-прежнему, в основном из-за своей консервативной сути, стояли на зыбкой почве курса ralliement.
