Папы второй половины IX в. использовали окончательное ослабление Франкской империи для того, чтобы поставить папство – по крайней мере, в принципиальной сфере – выше императорской власти. К этому моменту церковь уже заставила Запад принять правило, согласно которому только папа может короновать кого-либо в императоры. (Со времен Карла Великого существовала практика, в соответствии с которой император мог объявить своего сына соправителем. Первым порвал с этим обычаем Лотарь I – его сына короновал папа.) При распаде имперской власти уже не император выдвигал понравившегося ему кандидата в папы, а папа короновал в императоры угодного ему кандидата. Так впервые произошло в 875 г., когда (после смерти императора Людовика II) папа Иоанн VIII (872–882) из нескольких кандидатов выбрал Карла Лысого. В благодарность новый император даже формально отказался от юрисдикции над папством и Римом. Так что папе Иоанну удалось на время восстановить суверенитет римского Святого престола.
В деятельности папы Иоанна VIII значительное место занимала борьба с арабами. Согласно Фульдским анналам, 15 декабря 882 г. Иоанн VIII был отравлен своими римскими врагами. Таким образом, он стал первым в длинной бесславной чреде пап Средневековья, которые сошли со сцены – с престола святого Петра – не из-за естественной, а из-за насильственной смерти. Убийство папы Иоанна VIII стало символической увертюрой к «мрачному веку» папства.
С конца IX до середины X в. (с 882 по 963 г., то есть до появления на сцене Оттона I) на Святом престоле сменили друг друга 24 папы, которые в истории католической церкви заслужили совокупное название «плохие папы». Правда, папы эти были плохими не как личности: плохими были скорее обстоятельства, в которых оказалось папство. Империя распалась, практически прекратила свое существование. В Италии вновь возник политический вакуум. Византия уже не могла, а появляющиеся новые феодальные государства еще не могли вовлечь папство в сферу своего влияния и в обмен предоставить ему защиту от внешних врагов. Но если прежде в подобной ситуации папство переживало подъем, то на сей раз вакуум власти привел к упадку. Зато существенно укрепились местные феодальные силы, особенно партии аристократов Сполето и Тосканы по соседству с Римом. Они захватывали папские владения и, исходя из своих групповых интересов, избирали или смещали, возвышали или убивали пап. Со времен понтификата Сергия III (904–911) все сколько-нибудь значимые должности в папской бюрократии (чиновные ли, церковные ли – неважно) захватили прежние враги Святого престола – аристократы. Итальянское королевство, пришедшее на смену империи, не могло обеспечить защиту папства: итальянские короли (двор их находился в Павии) обладали не большей властью, чем герцоги и маркграфы. В Рим они являлись короноваться только для того, чтобы этим хотя бы возвыситься над теми же герцогами и маркграфами. Вследствие всего этого церковная дисциплина расшаталась до предела, папский двор превратился в арену распутства, убийств и интриг, церковный сан стал предметом купли-продажи. Светские полномочия пап, становившиеся все более формальными, вновь ограничились лишь двумя римскими герцогствами. Хаос усугублялся еще и по той причине, что в первой половине X в. в Северной Италии появились мадьяры, совершавшие набеги на города и селения, а на юге в конце века – еще более опасные завоеватели, норманны.
В IX–X вв. Италия представляла собой самый раздробленный в политическом плане регион континента; политическая раздробленность эта едва ли не на целое тысячелетие станет средой, в которой будет жить и действовать глава вселенской церкви и ее центр, вольно или невольно закрепляя эту раздробленность. Несомненно, самой глубокой провальной точкой этой печальной эпохи стал период феодальной монархии, называемый по имени ее главного героя формозовым временем.
Формоз был епископом Порто и на протяжении десятилетий являлся главным советником едва ли не у всех пап. (Кардинал-епископ Порто одновременно являлся и главой куриального духовенства.) Формоз был близок к семье герцогов Сполето, одной из самых влиятельных и богатых итальянских аристократических семей. Не скрывая своих папских амбиций, он вступил в конфликт с уже упомянутым папой Иоанном VIII, который на одном из соборов лишил его церковного сана и отправил в изгнание. По всей вероятности, сторонники иерарха-изгоя не были совсем непричастны к убийству Иоанна VIII. Новый папа, Марин I (882–884), полностью реабилитировал Формоза, который вернул себе и епископство в Порто, и былое влияние в Риме. Краткий понтификат Марина достоин упоминания потому, что он был первым папой, который, являясь епископом городка Цере в Этрурии, пересел на римскую епископскую кафедру, что запрещалось церковными законами.
