В 880–890-х гг. папы находились под перекрестным огнем фриульского маркграфа Беренгара и сполетского герцога Гвидо, соперничавших между собой. Папа Стефан V (IV) (885–891) был креатурой герцогов Сполето; так что после его смерти Формоз наконец заполучил желанный папский престол, который и занимал с 891 по 896 г. Стремясь сбросить с себя «рабское» иго зависимости от сполетских герцогов, Формоз – который, заметим кстати, был не только честолюбцем, но и очень умным, образованным дипломатом – вступил в сговор с германским королем Арнульфом. И тем самым навлек на себя неукротимую ненависть Агельтруды, главы сполетанской партии, вдовы умершего Гвидо Сполетского. Однако Формоз и его новый покровитель в 896 г. скончались, так что сполетанцы вернули свои позиции в Риме. Новый папа, Стефан VI (896–897), стал, не пожалев принести в жертву свое достоинство, послушным орудием мести в руках Агельтруды.
С именем Стефана VI связана громкая история судебного процесса над извлеченным из могилы телом его предшественника, Формоза, – речь идет о так называемом «трупном соборе». Заседание собора состоялось в 896 или 897 г. в одной из римских церквей, и скончавшемуся за 8–9 месяцев до того Формозу был вынесен приговор. Покойника, одетого в полное епископское облачение, посадили на папский трон, будто живого. Судебный процесс проходил по всем правилам: с обвинителями, защитником, прениями сторон. Самым серьезным обвинением, предъявленным Формозу, было то, что он сменил епископскую кафедру в Порто на римскую, хотя прецедент такого рода уже существовал. Однако жаждавшим мести сполетанцам осуждение Формоза показалось недостаточным: труп бывшего папы был подвергнут поруганию: с него сорвали одежду высшего иерарха и переодели в мирское платье – в знак того, что он исторгнут из священнического сословия. Затем, из-за якобы ложной клятвы, у него на правой руке отрубили три пальца (которыми он при жизни совершал благословение). Обезображенный и оскверненный труп Формоза вытащили из церкви и, как заурядного злодея, зарыли в землю, однако папе Стефану и этого показалось мало: труп был выкопан и брошен в Тибр.
Абсурдный этот спектакль, получивший название «трупного собора», в драматической форме отражает то положение, в котором оказалась верхушка католической церкви. Стефан VI, таким способом расправившийся со своим предшественником, тоже не ушел от судьбы: в 897 г. в Риме вспыхнул мятеж, папу схватили, свергли с престола и задушили в тюрьме. С 897 по 903 г. на папском престоле сменилось шесть пап, и почти все они умерли насильственной смертью.
Несколько менее жутким, чем в случае с Формозом, периодом этого мрачного века были годы, когда нобилитет Италии пытался достичь желаемого, упрочить свое благосостояние, совершая манипуляции в сфере семейных связей. Самым эффективным орудием в этом плане были члены семей по женской линии. Через женщин можно было успешно воздействовать на пап, неспособных сопротивляться соблазнам. В первой половине X в. властолюбивые дамы из некоторых благородных римских семей сажали на папский престол своих любовников, – что позже способствовало зарождению легенды о папессе Иоанне.
В самом начале X в. власть в Риме захватил в свои руки семейный клан бывшего папского казначея, затем консула по имени Теофилакт. В годы правления папы Сергия III (904–911) этот клан оказывал большое влияние на папский престол, главным образом благодаря женским чарам. Феодора, жена Теофилакта, и две их дочери, Марозия и Феодора-младшая (всех трех можно считать средневековыми предшественницами Лукреции Борджиа), презрев законы, правила и условности, безоглядно предавались всем мыслимым удовольствиям. Не без основания история называет этот период папства «порнократией», или «правлением блудниц». Богатые и влиятельные, жаждущие власти и созданные для власти, женщины эти возводили на папский престол своих друзей, любовников, родственников. С папами, не понравившимися им, они не церемонились, не утруждали себя уговорами об отречении, а просто устраняли их.
