Должны быть учреждены празднества, на которые мы соберем невест да женихов, и на которых будут совершаемы жертвоприношения, а наши поэты постараются воспевать приличные тогдашним бракам гимны. Количество же браков нужно возложить на правителей, чтобы они, имея в виду войны, болезни и все такое, позаботились припасти нужное число мужчин, и чтобы таким образом государство у нас было, по возможности, и не велико, и не мало… (А тем молодым людям, которые на войне или вообще отличились чем бы то ни было, наряду с другими наградами, следует также разрешить более частые сношение с женщинами, чтобы, под этим предлогом, дать возможность родиться от них как можно большему числу детей. Рождающихся детей должны брать поставленные над этим власти, состоящие либо из мужчин, либо из женщин, либо из тех и других. Взяв детей от добрых, они будут относить их, думаю, в огражденное место, к некоторым кормилицам, живущим отдельно, в известной части города; а детей от худых и вообще всех, родившихся с телесными недостатками, станут скрывать, как следует, в тайном и неизвестном месте. Они позаботятся также и о пище, приводя в огражденное место матерей, когда набрякнут у них груди (причем употребят все искусство, чтобы я и одна из них не узнала своею дитяти), и, доставляя других, имеющих молоко, если матери будут недостаточны. Пусть пекутся и о самых этих питательницах, чтобы они раздавали детей умеренно, вовремя… Не назначат ли они также мамкам и кормилицам часы бдение и другого труда?… Но пойдем далее к своей цели. Ведь мы уже сказали, что дети должны рождаться от людей цветущего возраста? – Правда. – Но не кажется ли тебе, что умеренное время цветучести для женщины есть двадцать лет, а для мужчины тридцать? – Сколькими же годами оно ограничивается? спросил он (Сократа).-Женщине можно рождать для города, начиная от двадцатого до сорокового года; а мужчине, протекши порывистую цвету честь возраста, можно рождать для города от этого времени до пятидесяти (в нем. пер. 55. Прим. пер.) лет. – Действительно, сказал он; в эти именно годы цветет телесно и умственно тот и другой пол. – Посему, кто, будучи старее или моложе этого, посягнет на рождение детей для города, тому мы вменим это в грех, как дело нечестивое и неправедное, – для чего зачал он государству дитя, которое, как покрытое тайною, должно было родиться не от семени, освященного жертвами и молитвами, какие приносятся жрицами и жрецами и всем городом, чтобы хорошие всегда производили порождение лучшие и полезные – полезнейшие, а от мрака, скрывающего страшное невоздержание. Тот же закон будет иметь силу, если кто из мужчин еще рождающих, не был сведен правителем, будет касаться женщины в зрелом возрасте; потому что в таком случае он принесет городу, скажем мы, подкидыша – дитя незаконное и неосвященное. Когда же и женщины, и мужчины переживут возраст рождения, – мужчинам мы, вероятно, предоставим свободу-соединяться с кем хотят, кроме дочери, матери, дочерних дочерей и матерних родственниц по восходящей линии, оставим также свободными и женщин, – кроме сына, отца и родственников их по восходящей линии. Но при всем этом предпишем особенно стараться – и на свет не выносить никакого плода, если он зачнется – а когда что приневолит, положить его так, как бы не было для него никакой пищи».
