Иво Брунс справедливо указывает, что эти предложения, которые Эдуард Целлер называет «уничижением брака до политико-экономического выращивания людей», были возможны только потому, что у греков не было ни собственно семейной жизни, ни любви между супругами. Кроме идеи евгенизма, Платон, предлагая общность жен и детей и коммунальный брак, имел в виду еще и другую точку зрения: с уничтожением отношений родителей к детям все люди приблизительно одного возраста должны были считаться в новом государстве братьями и сестрами и широкие родственные отношение должны были занять место действительного, но узкого родства, что должно было в свою очередь привести к высшей мере органического единства и тесной связи в обществе. В последнем своем сочинении, «Законы», Платон уже, по-видимому, отказался от идеи общности жен и сношений многих мужчин с многими женщинами. В восьмой книге «Законов» (р. 839–840) он не только рекомендует относительное половое воздержание, «чтобы по возможности меньше упражнять силу сладострастие и стараться отвлечь телесными упражнениями все, чем она питается, в другие части тела», но предлагает еще также законодательные меры, чтобы «из людей благородного и свободного происхождение никто не смел прикасаться к другой женщине, кроме как к своей законной жене, и осквернять свое семя путем ли разврата с наложницами и зачатие незаконных детей или же путем неестественных отношений с мужчинами, которые совсем не могут дать потомства. Или чтобы мы по крайней мере совершенно искоренили позорный разврат с мальчиками, а при сношениях с женщинами соблюдали следующий похвальный закон: всякий, вступающий в сношение с другой женщиной, кроме той, которую он ввел в свой дом при обращении к богам и выполнении всех религиозных церемоний во время свадьбы, должен путем купли или другим каким-нибудь образом, взять эту наложницу к себе и если это не останется скрытым перед всем светом, как в отношении мужчины, так и в отношении женщины, он должен быть лишен всех гражданских и почетных прав, так чтобы он действительно остался чужим в нашем государстве».
Несмотря на такое возвращение к строгой моногамии, Платон и в своих «Законах» единственной целью брака считает потомство. «Муж и жена должны думать о том, чтобы по возможности родить государству самых красивых и самых лучших детей». А потому он и в этом сочинении рекомендует государственный надзор зарождением детей и за их родителями и возлагает эту обязанность на состоящих на государственной службе надзирательниц («Законы» VI, 783–784), т. е. признает своего рода принудительный закон, чтобы рожать детей в цветущем возрасте (VIII, 838), требует запрещение гетеросексуальных сношений в незрелом возрасте и всяких вообще гомосексуальных сношений (VIII, 836). Весьма замечательно, что, как средство, способствующее половому воздержанию, Платон рекомендует совместное воспитание обоих полов и совершенно свободные отношение между юношами и молодыми девушками в одежде, мало закрывающей тело и потому не возбуждающей похоти, а также целесообразную диететику во избежание чрезмерного питание и, наконец, гимнастику для отвлечение избытка сил.
Аналогичные рассуждения, в которых главную роль играет опять-таки принцип евгенизма, мы встречаем и у остальных философов и в философских школах. Так, Антиефен рекомендовал жениться на физически и духовно наиболее одаренных женщинах (Диог. Лаерт. VI, I, 5) в интересах будущих детей, а Диоген находил, что эта цель с таким же успехом может быть достигнута общностью жен. Оба циника изложили свои взгляды в своих сочинениях с одинаковым заглавием «Государство» из которых Платон, быть может, позаимствовал свои изложенные им в его «Государстве» реформаторские идеи о браке. «Государство» же Платона в свою очередь оказало влияние на одноименное сочинение основа, теля стоической школы Зенона, в котором он не только предлагает общность жен, но при известных обстоятельствах даже полное обнажение их (вероятно с целью выбора предмета любви. Его последователем в этом отношении был стоик Хризипп.
