Я смотрела на мужа и детей, видела их горе и отчаяние, но ничего не могла с этим поделать - они не слышали меня. Я видела как Скайле докладывает Алексу, что убийца был наёмником из Лазара (это маленькое королевство на западе нашего континента, не имеющее общих границ с Тагором), что наняли его какие-то тамошние аристократы для устранения Евы, так как провидец сказал, что она их будущая единоличная королева, а у тех были другие планы на трон своей страны. Я видела как Алекс, с окаменевшим лицом, отдал приказ выявить и тайно убить всех разумных, задействованных в этом заговоре. Я видела как Ева, сжимая кулачки, шептала: "Я стану вашей королевой, непременно стану и вы узнаете всю тяжесть гнева Тагоров". А еще я видела моего Ольгерда - он казался совершенно невозмутимым, но я знала, что он снова начал договариваться со своим телом, чтобы уйти вслед за мной.
- Сольвейг! - я пошла на зов, мне было пора. - Предначертанное случилось, девочка, - грустно сказала богиня, - ты погибла от оружия, привнесённого тобою в мир, таково твоё наказание. Это закон, установленный Создателем и его не изменить.
- Пресветлая, но ведь оружие уже придумали в твоём мире, я только подсказала идею его усовершенствования, неужели и это карается?
- Увы, таков закон - оружие, изобретенное в мире, принадлежит миру, как и привнесённое, но за привнесённое оружие следует воздаяние и цели здесь не важны.
- Я понимаю и принимаю наказание, - согласилась я, склонив голову. - Но Ольгерд, как же он? Я же вижу, что он хочет уйти за мной.
Богиня задумчиво посмотрела на меня:
- У меня есть право - я могу возвратить в мой мир твою душу. Ты родишься в Солиэне, и я оставлю тебе твою память.
- А музыку?
- И музыку, - улыбнулась она, - и твою магию, недоучка.
- Пресветлая, позволь мне поговорить с ним.
- С ним не получится - он закрылся ото всех и от меня тоже, но вот со своим старшим сыном ты поговорить сможешь.
- Благодарю тебя, Пресветлая, за милость твою.
Она взмахнула рукой:
- Любовь, Сольвейг, которая живёт в душе и сердце твоего мужа, слишком красива, чтобы мир утратил её из-за такого пустяка как смерть.
- Я ведь смогу вернуться к нему?
- Это возможно, но есть условие - ты сможешь вернуться к нему, если он тебя узнает.
Я дождалась, пока измученный Олег уснул, и пришла к нему:
- Сынок, сынок, это я.
- Мама?!
- Да, Олежек, это я. Пресветлая позволила мне поговорить с тобой. У нас немного времени, поэтому выслушай меня. Богиня решила возвратить в мир мою душу, я скоро должна родиться.
- Почему богиня допустила твою смерть? - горестно и грозно спросил сын.
- Это моё наказание по закону Создателя, за то, что я принесла оружие в этот мир, Олег. Я приняла его.
- Где нам искать тебя, мама?
- Я сама приду, помнишь, мы договаривались, чтобы вы с Игорем сохранили номера своих фонов?
- Да.
- Если будет на то воля Пресветлой, я сама найду вас, так или иначе. И расскажи отцу про свой сон. Напомни ему, что он обещал мне не договариваться со своим телом.
Олег сразу понял, о чём я говорю:
- Мама, неужели он решил уйти?
- Возможно, но ты попроси его не делать этого. Скажи ему, что он должен жить, как уж сам захочет. Я приду когда-нибудь. И если он меня узнает, пусть даже я буду выглядеть по другому, то я вернусь к нему.
Сегодня вечером Олег собрал всех Тагоров и Мастера Грома в Малой гостиной нашего дома. Он был торжественен и суров:
- Прошедшей ночью ко мне приходила мама, - мы все уставились на него, в комнате царила такая тишина, что неслышно было даже дыхания, - она сказала, что богиня решила вернуть в мир её душу и что она скоро должна родиться.
- Но разве это будет Сольвейг? - всхлипнула Эрика, комкая в руках платочек.
- Да, это будет она. И память, и музыку, и даже магию богиня решила оставить маме, только выглядеть она будет по-другому.
Неожиданно раздался надрывный всхлип - это тяжело и рвано зарыдал Игорь, Ева обняла его и стала гладить по плечам и спине, неотрывно глядя на Олега сухими, горячечными глазами.
- Где нам искать её? - с надеждой спросил Алекс.
- Мама сказала, что её не надо искать, что она сама придет, и если отец узнает её, она вернётся к нему, - Олег развернулся ко мне и произнёс: - Отец, мама просила напомнить тебе, что ты обещал ей не договариваться со своим телом, она сказала, чтобы ты жил, как ты сам захочешь, но чтобы непременно жил.
Алекс, услышав слова Олега, вздрогнул и бросился ко мне:
- Что ты решил сделать? Договориться с телом? Уйти? Бросить меня? Поклянись, что не сделаешь этого! - Алекс кричал и тряс меня за плечи.
Я улыбнулся впервые за эти чёрные седьмицы:
- Не волнуйся, брат. Уже не надо. Она вернётся ко мне.
Алекс обнял меня так, что кости затрещали, и глухо произнёс:
- Если придумаешь уходить, знай, хоронить нас будут вместе.
Родные не сводили с нас глаз, потом Олег сказал:
- И ещё. Ева, мама просила сказать тебе, что разумный, смертельно мстящий тому, кто не имеет прямой вины, должен вырыть две могилы - одну из них для себя.
Ева тихо повторила эти слова и низко опустила голову.
