Когда У Чжунсинь прибыл в Лхасу, Лхамо Дхондуп, единственный кандидат на реинкарнацию, уже получил одобрение местных монахов и мирян, и его интронизация была очевидна. Ретинг Ринпоче также просил Национальное правительство упразднить процедуру золотой урны. Однако У Чжунсинь все же решил проверить, действительно ли ребенок обладает «сверхъестественными» способностями», для этого он дважды посетил кандидата в Норбулингке. В феврале 1940 года Национальное правительство одобрило просьбу Кашага утвердить Лхамо Дхондупа, родившегося в Цинхае в 1935 году, Далай-ламой XIV. Также было выделено 400 тыс. юаней на расходы, связанные с церемонией интронизации. Посол Национального правительства 15 февраля 1940 года в монастыре Шидэ Линь в Лхасе наградил регента Ретинга Ринпоче званием
Британский офицер в Сиккиме Бэзил Гулд должен был присутствовать на церемонии интронизации от имени британского индийского правительства, хотя его тайным поручением было следить за деятельностью У Чжунсиня и подрывать отношения между Кашагом и Национальным правительством. Он подговорил некоторых кашагских чиновников посадить У на церемонии напротив Ретинга Ринпоче. Британские же индийские представители сидели рядом с У, и это позволяло предположить, что Кашаг относится к У как к иностранному послу. У Чжунсинь выразил Кашагу протест и потребовал изменить рассадку при поддержке Ретинга Ринпоче. Церемония интронизации Далай-ламы XIV состоялась 22 февраля во дворце Потала. У сидел параллельно Далай-ламе, что указывало на его статус, равный статусу амбаня. На церемонии интронизации присутствовало более 500 человек, в том числе регент Силон, калоны и другие тибетские чиновники Хутухту, представители трех крупных монастырей, чиновники из Национального правительства и гости из Непала и Бутана. Бэзил Гулд покинул церемонию интронизации, поскольку его заговор провалился. 8 марта Кашаг направил председателю Национального правительства Линь Сену и председателю Военного комитета Чан Кайши телеграмму с выражением «благодарности за присутствие председателя У и подарки». «Монахи тибетских монастырей молятся за победу Национального правительства в Китайской войне Сопротивления японской агрессии», – говорилось в сообщении. Кашаг также отправил дзасака Нгаванга Гьялцена в Чунцин с благодарностью за проведение процедуры интронизации.
Перед отъездом в апреле 1940 года У Чжунсинь с согласия правительства Тибета создал местное отделение Комиссии по делам Монголии и Тибета. Начальником канцелярии был назначен руководитель отдела тибетских дел, сопровождавший его во время поездки в Лхасу.
После идентификации и возведения на престол Далай-ламы XIV регент Ретинг Ринпоче (Джампэл) приобрел еще большую популярность. Отношения между Кашагом и Национальным правительством заметно улучшились под его руководством. Британские империалисты и пробританские силы были напуганы и возмущены таким развитием событий и предприняли все возможные средства, чтобы вынудить регента уйти. Ретинг Ринпоче решил не усложнять ситуацию и уйти в отставку. На свой пост он рекомендовал 67-летнего Нгаванга Сунграба Тхутоба, известного как Третий Тактра Ринпоче. Тактра Ринпоче был настоятелем Радрбу, небольшого монастыря в Дойлунгдекене. Когда-то он был учителем Ретинга Ринпоче и поэтому был рекомендован им в качестве младшего наставника Далай-ламы XIV. Временное соглашение должно было обеспечить Ретингу Ринпоче возвращение его властных полномочий через три года. Сразу же после своей отставки в январе 1941 года он сообщил Национальному правительству о назначении преемника – Тактра Ринпоче. В телеграмме Национальному правительству в следующем месяце Тактра Ринпоче сообщил, что решение о его назначении было принято Далай-ламой и Тибетским собранием, присяга принята им 1 января по тибетскому календарю. Тактра Ринпоче был благодарен за свое назначение и старался усердно работать на своем посту. Он пригласил всех чиновников, кхенпо трех главных монастырей и тибетских военных офицеров на торжественную церемонию проводов Ретинга Ринпоче.
