После неудачи на Симльской конференции Соединенное Королевство подтолкнуло правительство Кашаг к увеличению армии. Оно предоставило новое оружие и открыло в Гяндзе военную школу для подготовки тибетских офицеров. Тибетская армия, ранее героически сражавшаяся против британского вторжения, превратилась в оружие британских империалистов и тибетских сепаратистов. В 1917, 1920 и 1922 годах она начала наступление на ханьскую Китайскую армию, дислоцированную в Кхаме, провинция Сычуань, где проживали тибетцы, оккупировала большую часть региона и отодвинула контролируемую ею границу к Дэге и Гарзе, к востоку от реки Цзиньша (Янцзы). Тибетская армия напала на префектуру Юйшу, провинция Цинхай, в 1931 году, но была разбита местными китайскими войсками. Тибетские войска были оттеснены сычуаньской армией к западу от реки Цзиньша. В следующем году было подписано соглашение о прекращении огня. Оба противника ждали переговоров между Центральным правительством и местными властями Тибета. Еще в 1920 году Чарльз Альфред Белл призвал Далай-ламу XIII увеличить тибетские войска до 15 тыс. человек, создать полицейские участки и нанять британских инструкторов. Эти меры, несомненно, увеличили бы финансовое бремя местного населения и вызвали возмущение монахов и мирян. Ходили слухи, что монахи трех главных тибетских монастырей угрожали убить англичанина. Поведение Далай-ламы привело к конфликтам между тибетской армией и монахами монастыря Дрепунг. Белл в конце концов покинул Лхасу. В 1923 году между Кашагом и монастырем Ташилхунпо вспыхнули споры из-за повышения налогов. Панчен-лама IX, второй человек Гелугпа, вынужден был бежать из Тибета в Пекин. Это в полной мере демонстрирует непопулярность тибетских сепаратистов.
Несмотря на стремление Соединенного Королевства к «независимости Тибета» в условиях хаоса после Революции 1911 года, оно вряд ли сумело бы разорвать исторически сложившиеся связи между Тибетом и Китаем. Правительство провинции Ганьсу, следуя указаниям Центрального правительства, в 1919 году направило в Тибет к Далай-ламе XIII посланника Чжу Сю. Тибетский религиозный лидер заявил, что его прежнее сотрудничество с Великобританией осуществлялось исключительно по требованию послов от империи, но оно никогда не было продиктовано его собственными намерениями. «Я благодарен вам за ваш визит и надеюсь, что Центральное правительство Китая сможет направить полномочных представителей для решения нерешенных проблем, – сказал он. – Я клянусь в своей поддержке[13] и буду стремиться к единству пяти национальностей. Проект решения Симльской конференции также подлежит пересмотру». В 1921 году Далай-лама отправил своих друзей, среди которых был Кхенпо Кончок Чжун, служить в храме ламы в Пекине. В 1929 году Панчен-лама IX создал департамент взаимодействия с правительством Гоминьдана (Китайская национальная партия, КНП), которое располагалось в Нанкине.
Далай-лама XIII также передал личное письмо Национальному правительству через своего представителя Кончока Чжун, надеясь восстановить контакты. В ответ лидер КНП Чан Кайши провел консультации с Далай-ламой по поводу отношений между Тибетом и Центральным правительством. Кончок Чжун был назначен главным представителем Тибета в 1930 году. Когда Гоминьдан созвал Национальный конгресс в Нанкине для разработки проекта временной конституции, представители Тибета также приняли в нем участие. Однако тибетские религиозные лидеры разошлись во мнениях по поводу кандидатур делегатов. Далай-лама хотел единолично назначить делегатов от Тибета, а Панчен-лама настаивал на том, чтобы половина членов делегации была выбрана согласно его рекомендации. При содействии Комиссии по делам Монголии и Тибета Далай-лама согласился направить шестерых делегатов с правом голоса, включая Кончока Чжун, и трех делегатов без права голоса, а Панчен-лама выдвинул четверых делегатов с правом голоса, в том числе Лобсанга Цултрима, и пятерых делегатов без права голоса, среди которых был Шао Чжан.
