Нгапо Джигме и более 40 официальных лиц написали совместное письмо Далай-ламе в конце ноября. Письмо было доставлено в Лхасу из Чамдо Джимчжуном Гьяинчай-Пункогом и Гедрунгом Санглином. В нем говорилось: «Народно-освободительная армия прекратила движение в сторону Лхасы ради мирных переговоров и теперь остается в Чамдо в ожидании приказа. Проникновение в Тибет армии будет неизбежным, если переговоры не будут организованы в ближайшее время». В то время правительство Кашаг и тибетская элита были заняты выводом своих средств за границу. Они также планировали увезти за границу Далай-ламу. В телеграмме, направленной Шакабпе Вангчуку Дедену в Индию, Кашаг поручил ему выбрать резиденцию в Калимпонге для Далай-ламы. Шакабпа ответил, что Соединенные Штаты и Великобритания обещали помощь, а Индия намеревалась послать войска, чтобы перехватить Далай-ламу на границе. Если Лхаса будет осаждена Народно-освободительной армией, Соединенные Штаты организуют самолет. Совещание 19 декабря постановило разделить Кашаг на две части. Далай-лама назначил Кхенпо Келсанга Таши и Цепона Лукхангнга Цеванга Рабдена исполняющими обязанности регентов и назначил Кхенчунга Тхубтена Реяна и Гюрмеда Дордже исполняющими обязанности калонов, чтобы сформировать Кашаг Лхасы.
Далай-лама вывез за границу более зо чиновников, в том числе калонов Рампу и Сурханга, он выехал из Лхасы в Ядонг с вооруженным эскортом, планируя дистанционно управлять Кашагом Лхасы и действовать в соответствии с развитием ситуации в Тибете.
Кашагское правительство Лхасы 27 декабря от имени Далай-ламы написало письмо Ван Цимэю и командиру 52-й дивизии НОАК У Чжуну. «Мы послали представителей для переговоров по докладу губернатора Чамдо и калона Нгапо», – говорилось в сообщении. Кхенчунг Тхуптан Лекмуун и командир полка № 2 Сампо Тензин Тхондуп были направлены помогать Нгапо в переговорах с НОАК. Они выдвинули пять положений, в которых требовали признать, что:
1) в Тибете нет империалистических сил. Он имеет дипломатические отношения с Великобританией и исключительно деловые связи с Соединенными Штатами;
2) необходимо вернуть населенные тибетцами районы, занятые династией Цин, Национальными правительствами и НОАК;
3) только в случае иностранного вторжения Тибет может обратиться за помощью к Центральному народному правительству;
4) нужно вывести НОАК в Кхам и Нгари;
5) нельзя прислушиваться к провокациям окружения Панчен-ламы и Ретинга Ринпоче.
Эти пять пунктов, как и предыдущая декларация Тактры Ринпоче о «независимости Тибета», не продемонстрировали принципиальных изменений в их позиции.
Далай-лама XIV прибыл в Ядун 2 января 1951 года и организовал там временное правительство Кашаг. Через политического комиссара Индии в Сиккиме он попросил помочь ему перебраться в Индию. Однако Индия не хотела портить отношения с Китаем, который сообщал о непрерывных победах в Корейской войне. Между тем влияние религиозного лидера будет ослаблено, если он покинет Тибет. Политический комиссар ответил, что Далай-ламе будет разрешено остаться в Индии в статусе беженца.
При таких обстоятельствах калоны Рампа и Сурханг вызвали Цепона Шакабпу, делового представителя в Индии, обратно в Ядун, чтобы обсудить тибетскую политику. После жарких дебатов большинство сочло, что США, Великобритания, Индия и другие страны вряд ли вновь окажут военную помощь, и тогда тибетские войска будут разгромлены НОАК. С другой стороны, существующая тибетская система, их статус и власть будут сохранены в соответствии с политикой Центрального народного правительства. Калоны считали, что Далай-ламе XIV следует провести переговоры с Центральным правительством, а не ехать в Индию. Кашаг должен, по крайней мере, признать, что Тибет является частью китайской территории, и января 1951 года правительство Кашаг приняло решение направить Дзасака Кхемея Сонама Вангди и Хендрунга Тхуптана Тенхара в качестве полномочных представителей в Пекин для переговоров. 18 января калон Сурханг был направлен в китайское посольство в Индии для восстановления отношений. 27 января он передал послу Юань Чжунсяну письма Далай-ламы XIV и Совета тибетских местных чиновников, где выражалось желание провести мирные переговоры. Центральное народное правительство ответило 29 января, приветствуя это решение и убеждая Далай-ламу остаться в Тибете. В следующих письмах председателю Мао, главнокомандующему Чжу и премьеру Чжоу Эньлаю тибетский лидер писал: «Мне грустно было видеть много ханьско-тибетских конфликтов, когда я был молод. Теперь, когда я уже обрел власть, я надеюсь, что председатель Мао позаботится обо мне, как и обо всех тибетцах». Местное правительство Тибета наконец начало переговоры с Центральным народным правительством.
