На этот раз Саличетти не кривил душой. Сейчас именно от Тулона зависела судьба революции. После победы радикальных монтаньяров над Жирондой в Париже 31 мая 1793 года целый ряд департаментов восстал против господства якобинцев.
В Бордо, Марселе, Лионе и других городах Южной Франции выступление роялистов было потоплено в крови. И особенно много это крови пролил уже известный Буонапарте генерал Карто, успевший побывать в прошлом жандармом, драгуном и художником.
Это был чрезвычайно мужественный, но совершенно неспособный к ведению крупных военных операций человек. Единственное, что этот генерал умел делать в совершенстве, так это проливать кровь жителей покоренных им городов. И делать это было легко, поскольку именно кровавый террор был возведен в ранг государственной политики. В Эксе он в буквальном смысле залил кровью улицы города. Гильотина работала без остановки, и круглые сутки в городе был слышен ее глухой стук.
Рассказы о кровавом генерале испугали тулонские секции. Они арестовали и посадили в форт Ламольг народных представителей Бейля и Бовэ, командированных в город. Народные представители Фрерон, Баррас и генерал Лапуап ускользнули в Ниццу, главную квартиру Итальянской армии.
Все тулонские власти были скомпрометированы. Муниципалитет, совет департамента, комендант порта, большинство чиновников арсенала, вице-адмирал Трогофф — начальник эскадры, большая часть офицеров — были одинаково виновными в глазах Комитета общественного спасения.
Правда, выбор у них был. Склонить повинную голову, которую наверняка бы отсек революционный меч, которым с такким наслаждением размахивал Карто и находившиеся в его армии комиссары. Или отдаться англичанам, чей флот находился в это время в Средизменом море.
Сознавая, с каким противником они имеют дело, тулонцы из двух зол выбарли меньшее. Эскадру, порт, арсенал, город, форты они сдали врагам Франции.
Несмотря на измену своего адмирала, стоявшая на рейде эскадра силою в 18 линейных кораблей и несколько фрегатов, осталась верна республике и вступила в бой с объединенным англо-испанским флотом.
Но уже очень скоро, лишенная поддержки с суши и под угрозой своих же береговых батарей, обязанных ей помогать, она сдалась. Контрадмирал Сен-Жюльен и несколько оставшихся верными офицеров едва успели спастись.
Эскадра, точно так же как 13 линейных кораблей, находившихся в доке, и арсенальные склады с большими запасами сделались добычей неприятеля.
Английский и испанский адмиралы заняли Тулон с 5000 человек, которые были выделены из судовых команд, подняли белое знамя и вступили во владение городом от имени Бурбонов.
Затем к ним прибыли испанцы, неаполитанцы, пьемонтцы и войска с Гибралтара. Всего в гарнизоне находилось 14 000 человек: 3000 англичан, 4000 неаполитанцев, 2000 сардинцев и 5000 испанцев.
Союзники разоружили ненадежную тулонскую национальную гвардию и распустили судовые команды французской эскадры. 5000 матросов из бретонцев и нормандцев, причинившие им особое беспокойство, были посажены на четыре французских линейных корабля и отправлены в Рошфор и Брест.
Чтобы обеспечить себе стоянку на рейдах, адмирал Худ укрепил высоты мыса Брен, господствовавшие над береговой батареей того же имени, и вершины мыса Кэр, господствовавшие над батареями Эгильетт и Балагье, с которых простреливались большой и малый рейды.
Гарнизон был размещен в одну сторону до Сен-Назера и Олиульских теснин включительно, в другую — до Ла-Валетты и Иера. Все береговые батареи от Бандольских до батарей Иерского рейда были разрушены.
Иерские острова были заняты противником. Что касается продовольствия, то его хватало до конца сентября. Свободная наличность казны доходила до шести миллионов двухсот тысяч франков, исключая мелкие кассы. Так Тулон в считанные дни превратился в оплот роялистов, которые сбегались сюда, под защиту английских пушек, со всей Франции.
Если бы генерал Карто со своими карателями поторопился, то Тулон мог бы и не попасть в руки мятежников. Однако он лишь в день сдачи Тулона союзникам отправился к городу-крепости. Его авангард занял деревушку Оллиуль, расположенную в нескольких километрах от городских фортов, но после недолгого боя был отбит.
7 сентября на помощь подошла дивизия Лапойпа от итальянской армии, и Карно возобновил нападение. После упорного сопротивления Оллиуль была взята, но дальше этого делдо не пошло. Карто разбил в деревушке свою главную квартиру и готовился к новому штурму города. Правда, теперь он ждал плана из Парижа.
В сражении при Оллиули у республиканцев был ранен начальник артиллерии Кузен де Доммартен, которого теперь надлежало заменить Буонапарте.
Республиканцы имели в своем распоряжении несколько более двенадцати тысяч человек, из которых одна половина была под начальством Карно. Другой половиной командовал Лапойп.
