— Не хочу оставлять товарищей! — пожал плечами Жюно.
— А я и не прошу тебя бросать их! — снова улыбнулся Буонапарте. — Доставив письмо Карто, ты только поможешь им! Парень ты ловкий и лучше других сделаешь все как надо!
— Если так, — без особого энтузиазма кивнул Жюно, — я пошел…
В ожидании новой и еще более страшной атаки, которая уже очень скоро должна была обрушиться на их позиции и забрать новые жизни, солдаты, какими бы смелыми не показали себя в бою, пребывали в каком-то оцепенении. Что было вполне понятно.
Да, им удалсь отбить атаку англичан, да, теперь у них бьыл смелый и решительный командир. Но положение их от этого не улучшилось, и они прекрасно понимали, что еще одну атаку им не выдержать. И когда Буонапарте подумывал о том, как расшевелить их и отогнать мрачные мысли, один из солдат спросил его:
— А правду говорят, гражданин капитан, что пушку придумал какой-то рыцарь?
— Нет, — улыбнулся Буонапарте, — это всего лишь легенда…
— Расскажите!
— Очень давно, — начал свой рассказ Буонапарте, — трубадуры на самом деле воспевали какого-то доблестного рыцаря, который однажды встретил в лесу плачущую деву. От нее он узнал, что ее отца и братьев убил местный барон из железной трубки, наполненной дьявольским зельем, которое выбрасывало свинцовые шары. Когда рыцарь приехал к замку барона, тот стоял на крепостной стене со своим орудием. Завидев рыцаря, он навел на него железную трубу и поднес к ней факел. Однако на этот раз он промахнулся, и рыцарь убил его. Рыцарь вывел девушку, а страшное орудие бросил в самое глубокое озеро, что бы никто, не смог им воспользоваться…
Буонапарте замолчал и обвел внимательным взглядом солдат. На всех без исключения лицах он заметил неподдельный интерес, и один из солдат нетерпеливо воскликнул:
— А что было дальше?
Давльше солдаты узнали о том, что артиллерия пришла на смену стенобитной и метательной технике, зародившейся в странах древнего Востока. Первые достоверные сведения о появлении огнестрельного оружия относятся к концу 13 — началу 14 веков, и появились они у арабов. Именно они и принесли его в Европу. Они употребляли орудия при осаде Кастильских городов и не собирались делиться с испанцами своими секретами.
Но нет ничего тайного, что рано или поздно не стало бы явным. И уже в начале четырнадцатого века первые образцы огнестрельного оружия появились в Италии, Франции, Германии, Англии.
Первые огнестрельные орудия были примитивны по своему устройству. Они представляли собой железные кованые гладкостенные трубки с глухой казной, на которой имелось затравочное отверстие для воспламенения заряда.
Заряжались эти орудия с дульной части. Ствол орудия укреплялся в деревянной колоде. Стрельба производилась каменными, свинцовыми, железными ядрами и дробью.
Орудия обслуживали те же мастера, которые их изготовляли. Очень скоро в странах Европы пушки стали отливать из меди, бронзы и чугуна.
В пятнадцатом веке во всех передовых армиях появились первые станки с колёсами, знаменуя тем самым переход от неподвижных деревянных колод к подвижным лафетам.
Новое оружие обрело свою настоящую жизнь на полях Столетней войны. Английский король Эдуард Третий, заявивший свои права на французский престол, сначала вел войну вяло, с переменным успехом. Даже временно заключал мир и отказывался от своих претензий.
Готовясь в очередной поход, он смог собрать только пять тысяч солдат. Этого было явно не достаточно для завоевания Франции. Зато король постарался снабдить свой отряд, что называется «по последнему слову техники». Была у него и артиллерия. Орудия, изготовленные по приказу Эдуарда, были не велики по размерам. Они бросали из себя стрелы. До ядер фантазия англичан еще не дошла. Но, тем не менее, эта примитивная артиллерия внесла свой вклад в битве при Креси.
Англичане, как более слабая сторона, придерживались тактики кочевников. Опираясь, на крепости своих союзников, они совершали стремительные набеги и также стремительно отступали, разорив французские области.
На этот раз их нагнала большая Французская армия во главе с королем Филиппом Четвертым. Французы горели жаждой мести. Король пытался остановить своих подчиненных. Он объяснял, что английский лагерь, — крепость и предлагал дождаться утра.
Но все было напрасно — рыцари рвались в бой. В таких сражениях у них не было равных, ни по умению, ни по вооружению. Увы, англичане первый раз дали им понять, что военное искусство это «не мечом махать». Шестнадцать раз французская кавалерия ходила в атаку, но, вместо благородных противников, их встречали стрелы, калечившие и убивавшие лошадей.
Английские рыцари мрачно ждали за частоколом. Вместе с лучниками французскую конницу успешно отражала и артиллерия. Пусть крови она пролила не много, зато огнем и грохотом пугала французов до истерики.
