Но… что делать? В какой уже раз обстоятельства оказывались сильнее, и бороться с ними было бессмысленно. А раз так, разозлился он вдруг на себя, то нечего изводить себя и искать какие-то жалкие оправдания! Ему не перед кем оправдываться, и пусть все будет так, как будет. Главное, ввязаться в драку…
А драка предстояла грандиозная. Летом и осенью 1788 года народ не переставал бунтовать повсюду. Оно и понятно. Феодальное право давило на крестьян и городское население все сильнее.
В довершении всех налогов и повинностей, народ был лишен даже самых элементарных прав. Тяжелое экономическое положение было таково, что одного неурожая достаточно было, чтобы вызвать страшное повышение цен на хлеб в городах и голод в деревне.
Засуха погубила урожай 1788 года, и зима стояла суровая. Бывали, конечно, и раньше суровые зимы и плохие урожаи, бывали и народные бунты. Но на этот раз явилась надежда, пробужденная всеми предшествовавшими событиями: провинциальными собраниями, созывом нотаблей, восстаниями в городах по поводу парламентов — восстаниями, которые распространялись и по деревням. И бунты 1789 года приняли угрожающие размеры.
Характер этих бунтов был почти везде один и тот же. Вооруженные вилами, косами и дубинами крестьяне сбегались в город и заставляли землевладельцев и фермеров, привезших на рынок хлеб, продавать его по «честной» цене или брали хлеб у хлебных торговцев и «делили его между собою по уменьшенным ценам» с обещанием заплатить после следующего урожая.
В деревнях помещиков заставляли отказываться на двухмесячный срок от взимания пошлин за муку и вынуждали городские управления назначить таксу на хлеб, а иногда «повысить на 4 су плату за рабочий день». Там, где голод свирепствовал сильнее, рабочие шли из городов изымать хлеб из деревень. Они взламывали хлебные амбары религиозных общин, торговцев-скупщиков и частных лиц и отдавали муку булочникам.
Кроме того, именно в то же время стали собираться шайки, состоявшие из крестьян, дровосеков, а иногда и контрабандистов, которые ходили по деревням, захватывали хлеб, и мало-помалу они начали жечь земельные записи и принуждать помещиков отказываться от своих феодальных прав.
Начиная с января, бунты сопровождались криками: «Да здравствует свобода!». С того же времени крестьяне стали отказываться от уплаты десятины и феодальных повинностей и даже налогов.
Дело доходило до того, что «народ», как сообщал потом мэр одного из городов, «безумно вообразил себе, что он — все и что он все может, ввиду того что король якобы желает уравнения состояний».
Да что там уравнение! Народ грозил совершенно разграбить город, если не будет понижена цена на все продукты и не будут уничтожены провинциальные пошлины на вино, рыбу и мясо. Более того, бунтовщики хотели назначать консулов из состава своего класса.
Понятно, что первым поводом для всех выступлений являлся вопрос о хлебе. Но уже очень скоро к требованиям экономическим присоединились и политические.
Весной 1789 года крестьяне начали грабить замки и помещичьи усадьбы и принуждали помещиков отказываться от своих прав. Так, в Риезе епископа заставили сжечь все его архивы.
В других местах жгли все старые документы, в которых были записаны феодальные повинности и налоги. Самым печальным для властей было то, что все эти выступления уже не были только крестьянскими бунтами, они были началом одной из самых кровавых революций в истории человечества.
Нельзя сказать, чтобы король был сильно напуган, но меры принять решил. 5 мая 1789 года он принял решение о созыве Генральных штатов, которые с 1302 года являли собой высшее сословно-представительское учреждение. Их возникновение было связано с ростом городов, обострением социальных противоречий и классовой борьбы, что вызывало необходимость укрепления феодального государства.
Предшественниками Генеральных штатов были расширенные заседания королевского совета (с привлечением городских верхов), а также провинциальные ассамблеи сословий.
Генеральные штаты являлись совещательным органом, созываемым по инициативе королевской власти в критические моменты для оказания помощи правительству. Основной их функцией было квотирование налогов.
Каждое сословие заседало в Генеральных штатах отдельно от других и имело по одному голосу (независимо от числа представителей). Третье сословие было представлено верхушкой горожан.
Значение Генеральных штатов возросло во время Столетней войны 1337–1453, когда королевская власть особенно нуждалась в деньгах. В период народных восстаний XIV века они претендовали на активное участие в управлении страной.
Однако отсутствие единства между городами и их непримиримая вражда с дворянством делали бесплодными попытки добиться прав, которые сумел завоевать английский парламент.
В конце XIV века Генеральные штаты созывались всё реже и заменялись собраниями нотаблей. С конца XV века институт Генеральных штатов пришёл в упадок в связи с начавшимся развитием абсолютизма.
