– Не собираюсь я вам ничего рассказывать. – В голосе Ирины слезы мешались с яростью. – И помочь вы мне не сможете. Себе лучше помогите. Игоряша, а ты не хочешь сказать своей драгоценной мамочке, какие проблемы у тебя? Или жене. Ах да. У вас же такое трогательное единение, что ты никогда ничего от нее не скрываешь. Так что она должна быть в курсе, что ты практически банкрот. Или, Олежек, может быть, тебе есть чем поделиться с собравшимися? Вы же все одна большая семья. Или из-за того, что тебе повезло больше, чем мне, ты чувствуешь себя заговоренным от неприятностей? Так это временно, я тебя уверяю.
Она выскочила из-за стола, уронив стул. Задребезжала посуда. Ахнула Вера Афанасьевна. Ирина выскочила в прихожую, сорвала с вешалки свой невообразимый лапсердак, выбежала на крыльцо, громко хлопнув дверью. В полной тишине все услышали, как с размаху шваркнула о металлический столб забора калитка. Да уж, нагостилась.
– Кто-нибудь понял, о чем она сейчас говорила? – безмятежно поинтересовался Олег. – Лично у меня действительно нет никаких проблем. Но мне не кажется, что это преступление. Игоряш, что Ирка имела в виду?
Лицо Камаева-старшего пошло красными пятнами.
– Я понятия не имею, откуда этой ведьме стало известно, что у меня некоторые сложности с бизнесом. Ничего такого, с чем я бы не справился, разумеется. Но Ирка с детства умела ударить по больному. Как была стервой, так и осталась.
Зубов почувствовал легкую дрожь, которая всегда возникала у него, когда его накрывал сыщицкий азарт. Так-так-так. Значит, у Игоря Камаева тоже существует потребность в деньгах. Равно как и физическая кондиция, необходимая для убийства. И про алмазы он мог знать. Мамаша его – нет, вон как удивилась, а он даже глазом не повел.
– Сыночек, что ты говоришь! – Голос Татьяны Игнатьевны дрожал. – Это правда? У тебя проблемы с бизнесом? Господи, как же мы все будем жить?
Сестра Савелия Игнатьевича в любой ситуации в первую очередь думала только о себе. До чего же эгоистичная особа. Неудивительно, что она воспитывала сыновей одна. Рядом с такой женщиной ни один муж не удержится. Но это не мешает ей всю жизнь сидеть у кого-то на шее. Сначала у брата, теперь у сына.
– Вера Афанасьевна, вы простите, что эта безобразная сцена разыгралась в ваш день рождения. – Олег оказался единственным, кому пришла в голову мысль извиниться перед именинницей.
– Не сахарная, не растаю, – отрезала бывшая балерина. – Все это ваше выяснение отношений – ничто по сравнению со смертью Борика и исчезновением Савы.
– Боже мой, если выяснится, что это он убил Бориса, я этого не переживу, – плачущим голосом сказала Татьяна.
– Мама! Таня! Татьяна Игнатьевна! Тетя!
Возмущенные голоса снова слились в общий хор, и Зубов даже невольно улыбнулся этому трогательному единению. Праздничный обед плавно шел к концу. Было подано и съедено второе – свиные медальоны с грибами и картошкой. Признаться, очень вкусные.
– Мама прекрасно готовит, – сообщила Велимира, когда он вслух отдал должное этому чудесному блюду. – Но ты учти, что я не унаследовала ее талантов.
Зубов снова замер, но тут же выдохнул с облегчением, вовремя вспомнив, что девушка просто-напросто придерживается своей роли. Вот и хорошо. Ему не доведется узнать, хорошо или плохо она готовит. В своей голове он делал заметки, о чем нужно сообщить Никодимову по возвращению с «задания», что нужно проверить. Убрали посуду со стола и снова накрыли его, теперь к чаю.
Домашние пироги, испеченные все той же Ольгой Андреевной, оказались выше всяческих похвал. Зубов уже давно так не наедался. Впрочем, ему и негде было это делать. Еду он никогда не готовил, довольствуясь готовой из супермаркетов. А ее много не съешь: дорого, да и невкусно. С таким удовольствием он не ел с тех пор, как не стало мамы, и, оказывается, успел соскучиться по домашней снеди.
После чая гости стали разъезжаться. Первыми уехали все еще заметно расстроенный Игорь со своей красавицей-женой и недовольной матерью. У Камаева-старшего был Land Cruiser, не очень новый, но безукоризненно чистый. За машиной он смотрит, сразу видно. Его младший брат уехал отдельно, усевшись в новую «Ауди». Да уж, неплохо компьютерщики зарабатывают, ничего не скажешь. Мирон от предложения его подвезти отказался и потопал на электричку, сообщив родителям, что у него встреча с друзьями и вернется он поздно.
Следом засобирались и отбыли Светик с Марией Николаевной и Агафьей. Вера Афанасьевна, уставшая от гостей и впечатлений, ушла в свою комнату, чтобы отдохнуть, Велимира вызвалась помочь матери с посудой, но Ольга Андреевна устало махнула рукой.
– Поезжайте, я сама управлюсь. Алексей, я надеюсь, мы не очень шокировали вас нашими откровениями?
– Меня трудно шокировать, – заметил он.
– Да, я понимаю, вы на службе. Поверьте, все наши гости – прекрасные люди, и это относится не только к семье брата моего мужа, но и к Камаевым.
– По Татьяне Игнатьевне сразу и не скажешь, – не удержался от шпильки Зубов.
