Селина ради победы над кузеном мало того, что рискнула жизнью своих же гостей, снизив количество стражи, так ещё и на Инквизицию спихнула всю грязную работу и ответственность за жизни гостей. Никто не удивится, что даже после победы она найдёт лазейку в сотрудничестве с Советом, чтобы им манипулировать. «И мы тут носимся, чтобы спасти… её?» — возмущённо подумали многие агенты. Гаспар в этом плане был куда более честен с Инквизицией, когда говорил о взаимовыгодном сотрудничестве, но его беспечность, позволение себе напиваться в столь ответственный момент оттолкнули даже изначально лояльных к нему соратников по военному ремеслу. Своим поведением непробиваемый прямолинейности ветеран показывает, что скорее он сражается за трон из старой капризной обиды, что более вёрткая и способная в дипломатических вопросах и Игре кузина когда-то давно обошла его и заполучила причитавшуюся ему по праву старшинства корону Орлея, а не на самом деле может и хочет лучше управлять страной. Ну и, конечно, он готов пойти на силовое решение вопроса, на штурм дворца, который не обойдётся без жертв среди гостей, из-за своей семейной обиды. Ну а про Бриалу никто и вспоминать не хотел, потому что эльфийка мало того, что откровенно бездействует, хотя прекрасно знает о покушении на императрицу и, вероятно, личности убийцы, так ещё только и ждёт повода, лишь бы ухватиться за промах Инквизиции и использовать это против тех, кто будет бороться как бы и за её жизнь тоже.
И в таком сомнительном «выборе» Совету приходится копаться… пришлось бы копаться, если бы они не были столь слаженной командой, где каждый на своём месте и филигранно исполняет свои обязанности.
— Нам необязательно выбирать. Мы сможем уговорить их заключить мир. Настойчиво уговорить, — с хитрой улыбкой произнесла Сенешаль.
— Для подобного хода мы должны иметь достаточно улик, — напомнила леди Монтилье, правильно догадавшись, что подруга говорит о неприкрытом шантаже участников переговоров.
— У нас они есть. Мы проделали большую работу, — заверила Лелиана.
Уверенность Соловья передалась всем, и никто бы не решился с ней спорить: шпионаж — это стезя именно их вездесущего Канцлера.
— В таком случае у нас остаётся последняя задача: не дать венатори исполнить свою задумку, — подытожил командор. — Я направлю всех солдат, которые у нас имеются, на поиски спрятанного лириума и вынос его за пределы Зимнего Дворца.
— Мы не успеем найти всё: Селина вскоре выступит перед гостями. Нужно устранить как можно больше магов Венатори и потянуть время для наших солдат — так, даже если мы кого-то упустим, им уже не хватит сил, чтобы сотворить заклинание достаточной разрушительности, — произнесла Лелиана, заодно глянула на магов, чтобы те подтвердили правильность её суждений.
— Но как? Если спрятавшиеся в зале тевинтерцы поймут, что мы пришли за ними, они сразу приведут в исполнение свой план, — отметил Каллен.
— Значит, должно случиться что-то непредсказуемое, никак с нами не связанное, — предложила Кассандра.
На какое-то время все погрузились в раздумьях, где бы Инквизиции достать непредсказуемый козырь из рукава. Впрочем, долго думать не пришлось, потому что этот «козырь» стоял сейчас среди них и сразу же насупился, когда поймал на себе не предвещающий ничего лёгкого внимательный взгляд тайного канцлера.
— Безумец, прошу вас возглавить небольшой спектакль.
— Леди Лелиана, вы утверждали, что моего «участия и не подразумевается», — не мог не указать сновидец на нарушение их договорённости.
—
И хромой маг был вынужден признать своё поражение перед юридической хитростью Канцлера. Не то, что бы ему нравилась эта идея, однако бездействовать и надеяться, что второго Конклава удастся пережить с милости Создателя, ему нравилось ещё меньше.
— Это небезопасно для лорда-магистра. В зале ещё остаются гвардейцы Императрицы, — напомнила Жозефина.
— Если мы с Дорианом примем участие, то сможем обеспечить защиту в том числе от нападения издалека, пока Безумец будет искать через Тень замаскированных магов. Чем больше будет задействовано магии, тем достовернее выйдет представление, — предложил Солас, очень живо реагируя на идею Совета, можно сказать даже слишком заинтересованно. К его счастью, вновь всем было не до того, что бы задаваться вопросом, а почему это эльф-отшельник так воодушевился.
— А вблизи никого не подпустим мы с Кассандрой — храмовники никогда не позволяли путаться под ногами посторонним, если сражение идёт с опасными магами, — подбросил идею Каллен.
Пусть наспех предложенный план требует большей проработки, но уже было понятно, что это лучшая их возможность одержать долгожданную победу на невозможно долгом вечере.
