И г н а т. Какой там секрет! Про это безобразие вся округа знает. Задумал Хозяинов железную дорогу к новому комбинату строить. Вечером задумал, а утром бульдозеры пустил поперек огуречного поля, кюветы откопал, столбики поставил. Зять у меня решительный. Но мы тоже за себя решили постоять. Теперь злоумышленники дают показания прокурору, а депутатская комиссия подсчитывает огуречные убытки.
Ш а ш е л ь. Это уму непостижимо! Вы могли задержать изыскателей, могли, в конце концов, и посадить, но зачем же было выдергивать столбики и бульдозером заутюживать кюветы?! Миленькие мои, это же железная дорога, а не брюки. Подумаешь, помяли овощи и фрукты! А у нас стоят два комбината, тысячи рабочих валяют дурака и матюгают директора и выше…
А н н а. Игнатка, Феденька, в больницу надо, доктора… ей так плохо, что и не знаю. Если ничего не сделать, задохнется — и все тут. Обвяла вся, как листочек.
Х о з я и н о в
Ш а ш е л ь
Х о з я и н о в. Исчезни с моих глаз!
И г н а т. Вот это ты правильно делаешь.
Ш а ш е л ь. Я думаю, что это спорно.
Х о з я и н о в
И г н а т. Чего — этого?
Х о з я и н о в. Засады, блокады или как у вас там еще… Не прощу!
И г н а т. Умный бы ты был мужик, Илья Михайлович, кабы не дурак.
Ш а ш е л ь. Можете снять с меня голову, но я убежден, что промрайону нужен не аграрник, и тем более не родственник. Нам нужен председатель с государственным мышлением, высоким техническим умом и широким политическим кругозором. Иван Игнатович — сухая ветвь, и ее надо отрубить!
Х о з я и н о в
Ш а ш е л ь
Х о з я и н о в. Кажется, прибыл…
Н и к о н о в. Хорошо, хоть не заставляет себя ждать.
Х о з я и н о в. Все зануды пунктуальны. Ты это учти. И вообще держи ухо востро. Положение на рудниках знает прекрасно. В свое время я, по глупости, его жену санитарным врачом взял. Все наши промахи и недостатки у него на учете. Запросто может заложить обоих министру. Вот таков родственничек.
Н и к о н о в. Что он у тебя — дурак?
Х о з я и н о в. Он у меня принципиален до безрассудства и вхож к высокому начальству. А это хуже, чем просто дурак.
Н и к о н о в. А как с инстинктом самосохранения?
Х о з я и н о в. Лишен напрочь. И постоянно ищет амбразуру…
Н и к о н о в. Ну и пусть его. Чего ты испугался?
Х о з я и н о в
Н и к о н о в. Ну что, Илья Михайлович, как говорится, начнем, пожалуй!
Х о з я и н о в. Прошу.
И в а н. Спасибо, лучше.
Х о з я и н о в. Ну и прекрасно… Там Оля кое-что хочет передать. Загляни на обратном пути.
И в а н. Спасибо.
Н и к о н о в. Итак, Иван Игнатович, первое, что нам предстоит сделать предельно оперативно, — это выселить людей из особо опасной зоны. Второе — рассмотреть перспективу первоочередного снесения восьмидесяти деревень, оказавшихся в зоне интенсивных выработок. Насколько мне известно, оседание поверхности с разломом почвы значительно продвинулось в сторону водохранилища.
И в а н. Я только что оттуда.
Х о з я и н о в. Тогда тебе все ясно. Эвакуацию необходимо начинать неотложно.
Н и к о н о в. Как-никак тысячи людей.