«Я хотел бы привести одну цитату из книжечки Александра Тодорского. Книжечка вышла в г. Весьегонске (есть такой уездный город Тверской губ.), и вышла она в первую годовщину советской революции в России — 7 ноября 1918 года, в давно-давно прошедшие времена. Этот весьегонский товарищ, по-видимому, член партии. Я книжку эту давно читал и не ручаюсь, что в этом отношении ошибки не сделаю. Он говорит, как он приступил к оборудованию двух советских заводов, как привлек двух буржуев и сделал это по-тогдашнему: под угрозой лишения свободы и конфискации всего имущества. Они были привлечены к воссозданию завода. Мы знаем, как в 1918 г. привлекали буржуазию (с м е х), так что подробно останавливаться на этом не стоит: мы ее иными способами теперь привлекаем. Но вот его вывод: «Это еще полдела — мало буржуазию победить, доконать, надо ее заставить на нас работать».
И Ленин продолжает:
«Вот это — замечательные слова. Замечательные слова, показывающие, что даже в городе Весьегонске, даже в 1918 году, было правильное понимание отношений между победившим пролетариатом и побежденной буржуазией».
На этой простой, мудрой мысли он стремится сосредоточить внимание большевиков — научиться как можно шире вовлекать в работу специалистов, чтобы их руками, как выразился Владимир Ильич на съезде партии, делалось нечто полезное для коммунизма.
Вспомним: в самый разгар революции Ленин просил Алексея Максимовича узнать о настроениях одного крупного русского ученого:
— Спросите, пойдет он работать с нами?
И когда ученый ответил утвердительно, Владимир Ильич, по свидетельству Горького, искренне обрадовался; потирая руки, он весело говорил:
— Вот так, одного за другим, мы перетянем всех русских и европейских Архимедов, тогда мир хочет не хочет, а — перевернется!
С какими только проектами к нему не обращались! Даже с проектом организации Главсолнца! Ни больше и ни меньше. Речь шла об использовании энергии ветра. В апреле 1921 года один делегат X съезда партии написал Владимиру Ильичу, что, поразмыслив над ленинским предложением заняться вопросом применения ветросиловых установок, он предлагает следующую программу-минимум. Далее шли деловые выкладки, рисующие положение в настоящее время по РСФСР, и что надо сделать, чтобы наилучшим образом использовать ветросиловую энергию.
Делегат знакомился с работами аэродинамической станции профессора Жуковского и излагал свою программу-минимум создания ветросиловых установок.
В письме были и такие веселые строчки:
«Россия богата ветрами (не только в головах некоторых «советских сановников»)».
Помнится, против этих строк Ленин на полях отчеркнул две черты и вывел свое характерное: «Гм!»
Последующие строки с пометками Ленина выглядят так:
«Использование… ветров и будет
Ого, Главсолнце! Ильич сразу же обводит это слово.
На полях письма делегата Владимир Ильич набрасывает записку Кржижановскому. Ленин хорошо помнит — читал до войны — о замечательном развитии ветряных двигателей. Может быть, есть смысл заказать спецу точную справку: собрать литературу, особенно немецкую, по этому вопросу, изучить в Госплане вопрос по ветросиловым установкам. Одним словом, заинтересоваться!
В атмосфере кипучей энергии, которая создавалась Лениным в работе, к нему неизменно тянулись люди смелой мысли — «с загадом», как он однажды назвал их.
Одним из таких специалистов был Р. Э. Классон. Инженер с широким научным кругозором, он нашел в лице Владимира Ильича страстного союзника в реализации своих технических идей.
Любимым детищем Классона был Гидроторф, но, «мобилизованный» Г. М. Кржижановским, он ведет активную работу и в комиссии ГОЭЛРО.
