«Многоуважаемый Владимир Ильич!
Я решаюсь отнять у Вас несколько минут времени по делам Гидроторфа.
С большим удовлетворением я могу сообщить, что вопрос об обезвоживании торфа заводским путем нами за последнее время разрешен совершенно бесспорно, притом простейшими средствами, и теперь необходимо перейти от лабораторной постановки к промышленной, то есть построить завод. Одновременно нам удалось разрешить также вопрос сушки торфа во время летнего сезона, также путем химического воздействия на гидравлический торф, с таким результатом, что время сушки уменьшается приблизительно вдвое, по сравнению с прежним, и торф перестал бояться дождя. Все это очень ценные приобретения, которые могут поставить дело торфодобывания на твердую базу и сделать торф тем, чем он должен быть, — одним из важнейших видов топлива в России».
Инженер ставит вопрос о строительстве на «Электропередаче» первого опытного завода для обезвоживания торфа.
Классону, наверное, живо представилось в эту минуту, как Владимир Ильич читает материалы по гидроторфу: энергично подчеркнув отдельные слова, делая на полях пометки, Ленин, задумавшись, прищурив глаз, как бы спрашивает со всей пытливостью: дескать, что же дельного, практического вы, уважаемый торфист, предлагаете, что нового вы задумали по данной проблеме?..
В тот же день, 31 августа, Владимир Ильич откликнулся ответным письмом Классону. Ленин считает, если вопрос об обезвоживании торфа заводским путем разрешен совершенно бесспорно и вполне соответствует действительности, то это имеет громадную важность. Необходимо немедленно произвести техническую экспертизу и тогда ставить вопрос об ассигновании продовольствия и валюты.
В сентябре высокоавторитетная комиссия, работавшая по заданию Ленина, в своем решении признала новый способ заслуживающим немедленной практической разработки в заводском масштабе.
Разгораются страсти, кипит борьба вокруг нового метода. И Ленин, который прекрасно все видит — сложную игру человеческих страстей, — просит от коммунистов-руководителей одного: не придираться к Гидроторфу.
«Изобретение великое, — пишет он. — С изобретателями, даже если немного капризничают, надо уметь вести дело.
А я не вижу пока каприза».
Его интересуют осязательные, итоги и успехи на торфяном фронте.
В борьбе за гидроторф, как и в тысяче других больших и малых дел, которыми был занят Ленин, проявляются черты «огненной энергии» Ильича.
В феврале 1922 года Владимир Ильич ознакомился с запиской из Гидроторфа и тотчас пишет Н. П. Горбунову в СНК:
«Обратите
…Ведь есть
Но этим он не ограничивается. Владимир Ильич снова и снова прокладывает дорогу гидроторфу. Строки его письма Цюрупе и товарищам из ВСНХ дышат могучей целеустремленностью — довести дело до реального успеха.
«Сознательные революционеры, — пишет Владимир Ильич, — должны бы, кроме исполнения своего служебного долга, подумать об экономических причинах, кои заставили СНК признать Гидроторф «имеющим чрезвычайно важное государственное значение».
Да, руководителям необходимо исполнять служебный долг. Это совершенно ясно. Но так же необходимо уметь смотреть вперед, видеть дальше дня сегодняшнего.
Ленин не выпускает из поля зрения судьбы Гидроторфа. Это ведь в большой мере и его детище. Наш Гидроторф!
В начале марта классоновцам пришло письмо от Владимира Ильича:
