Чувствуется по ленинским пометкам, что, читая Горького, Владимир Ильич меньше всего уделял внимания тому, что касалось личности Ленина. В статье Горького были и некоторые политически неправильные положения. И Ленин их резко критиковал. Но вместе с тем интерес Владимира Ильича был сосредоточен на тех размышлениях художника, которые связаны с общим ходом революции и строительством нового мира.
Внимание Ленина привлекло то место в горьковской статье, где Алексей Максимович рисует обстановку в России: развал после империалистической войны, поход иностранных держав, делавших все, чтобы удушить молодое государство рабочих и крестьян…
Горький приходит к мысли, он твердо убежден, что «кроме «большевиков», в России нет сил, способных взять в свои руки власть и возбудить энергию измученной страны, необходимую для продуктивного труда».
Ленин подчеркнул четыре слова:
За эту тяжелейшую работу взялась партия большевиков!
Горький стремился быть сдержанным, ибо хорошо знал того, о ком пишет. Когда он писал статью, делился своими мыслями о Ленине, то, наверное, в эти минуты отчетливо видел перед собой самого Ильича, видел, как тот читает его, Горького, и в иных местах, должно быть, покачивает головой. Кто знает, может быть, Горькому даже почудилось в это мгновение характерное ленинское восклицание: «Гм-гм!..» Горький отлично знал, какую гамму оттенков, то веселых, то остро насмешливых, даже гневных и сердитых, вкладывал Ленин в это восклицание.
И Горький писал:
«Разумеется, лично о нем можно сказать значительно больше, чем сказано здесь. Но — мне мешает скромность этого человека, совершенно лишенного честолюбия: я знаю, что даже и то немногое, что сказано здесь, покажется ему излишним, преувеличенным и смешным. Ну, что ж, — пускай он хохочет, он это хорошо делает, но я надеюсь, что многие прочтут эти строки не без пользы для себя».
Горький отмечал ленинское бескорыстное служение интересам народа.
Великому художнику мечталось увидеть будущее нашей страны глазами Ленина.
«…Дерзость воображения, обязательная для литератора, ставит передо мною вопрос:
— Как видит Ленин новый мир?
И передо мною развертывается грандиозная картина земли, изящно ограненной трудом свободного человечества в гигантский изумруд. Все люди разумны, и каждому свойственно чувство личной ответственности за все, творящееся им и вокруг него».
Человек — действительный властелин стихий! Труд стал наслаждением человека.
Каким Ленин видит новый мир? Вспомним, в какое время был задан этот бесстрашный вопрос. Шел двадцатый год. Нужно было очень хорошо знать большевиков, Ленина, обладать острым зрением, чтобы верить: и в эти напряженнейшие дни «боевая мысль» Ленина творит будущее, мечтает о нем. Ленин не только видит новый мир, он уже начал строить его в настоящем. Сила Ленина в том, что он видел, чувствовал вокруг себя миллионы творцов новой истории.
Ленин — это тот человек, у которого глубоко было развито мощное чувство осязания будущего.
И снова я вернулся к статье Горького, к его наблюдениям и раздумьям о Ленине.
В апреле я поехал в Горки. Стаял снег в оврагах, зачернело в полях, все потянулось к весне.
Вот и дверь, ведущая прямо из аллеи в тихий, светлый дом.
Широкое окно ленинского кабинета смотрит в парк. Календарь застыл на листе двадцать первого января двадцать четвертого года.
Из просторного кабинета застекленная дверь ведет на террасу. Отсюда видно далеко вокруг — леса, холмы, поля, деревня. На этой террасе Ленин беседовал с Горьким.
В одном из своих писем к Н. К. Крупской писатель живо воссоздал беседу свою с Ильичем. Было это, кажется, в двадцатом году.
