— Он выглядел ужасно… ужасно плоским, сэр.
— Дурни всегда бегут сломя голову, Питательная. По сторонам не смотрят.
Гуталин чувствовал, как вокруг него нарастает страх. Это его тревожило. Если Изменившиеся запаникуют, они запаникуют по-крысьи. А туннели этого города — не лучшее место для охваченной ужасом крысы. Но если одна крыса нарушит строй и кинется бежать со всех ног, большинство последует за ней. В туннелях правит запах. Когда все в порядке, всем хорошо. Но когда приходит страх, он растекается по крысиным ходам точно паводковые воды. Паника в крысином мире — все равно что заразная болезнь.
Они нагнали капканный взвод, но и там настроение царило подавленное. На сей раз обнаружился новый яд.
— Беспокоиться не о чем, — заверил Гуталин, изнывая от беспокойства. — Нам и раньше попадались новые яды, верно?
— Уже давным-давно не попадались, — возразила одна из крыс. — Помните ту отраву в Скроте? С блестящими синими вкраплениями? На него наступишь — и жжет? Оглянуться не успеешь, как уже и вляпался!
— И здесь такой же?
— Идите сами поглядите.
В одном из туннелей на боку лежала крыса, судорожно поджав лапки, точно стиснутые кулачки. И жалобно постанывала.
Гуталину хватило одного взгляда, чтобы понять: для этой крысы все кончено. Это только вопрос времени. Там, в Скроте, это был вопрос времени долгого и мучительного.
— Я могу прокусить ей затылок, — предложила одна из крыс. — Тогда она умрет быстро.
— Очень великодушно с твоей стороны предложить помощь, но эта дрянь всасывается в кровь, — объяснил Гуталин. — Найдите капкан с челюстями, ещё не обезвреженный. Только поосторожнее.
— Вы хотите
— Да! Лучше умереть быстро, чем медленно!
— И все равно это как-то… — запротестовала было крыса, предлагавшая прокусить бедняге затылок.
Гуталин ощетинился. Он встал на дыбы, оскалил зубы.
— Делай что велено, или я сам тебя укушу! — взревел он.
Крыса отпрянула и вжалась в землю.
— Хорошо, Гуталин, как скажешь…
— И предупредите все остальные взводы! — взревел Гуталин. — Это не просто ловля крыс, это
К Гуталину подползла мелкая крыска. Охотник за капканами стремительно развернулся, и крыска торопливо припала к земле и едва ли не на спину перекатилась, показывая, какая она маленькая и безобидная.
— Простите, сэр… — пролепетала она.
— Да?
— Мы нашли живую…
Мистер Зайка знал: приключения бывают большие и маленькие. И никто не скажет тебе, какого оно размера, пока не пустишься в путь. А порою случается ввязаться в большое приключение, даже с места не стронувшись.
— Эй? Эй, это
— Может, если мы затаимся и промолчим, она уйдет, — предположил Кийт, уютно угнездившийся в соломе.
— Не думаю, — вздохнул Морис. И громко ответил: — Мы тут, наверху!
— А теперь ты должен постучать условным стуком! — прокричала Злокозния.
— О,
— Мне кажется, ты неправильный говорящий кот, — пропыхтела Злокозния, карабкаясь по лестнице. Она и сегодня была вся в черном, а волосы спрятала под черной косынкой. С плеча её свешивался огромный мешок.
— А как ты догадалась? — съязвил Морис.
— Ну, в смысле ты ж не в сапогах и ни меча, ни широкополой шляпы с пером у тебя тоже нет, — объяснила девочка, забираясь на сеновал.
Морис уставился на неё во все глаза.
— Сапоги? — выговорил он наконец. — На
— О, у меня в книжке такая картинка была, — невозмутимо объяснила Злокозния. — Глупая книжонка, для малышни. Там было полным-полно зверюшек, одетых как люди.
Морису пришло в голову — причём не в первый раз! — что если дать деру прямо сейчас, то и пяти минут не пройдёт, как он уже выберется из этого города и поплывет по реке на какой-нибудь барже…
Когда-то — в ту пору он был ещё совсем котенком — его взяла к себе одна маленькая девочка, нарядила в кукольное платьице и усадила за столик вместе с двумя куклами и тремя четвертями плюшевого медвежонка. Морису удалось сбежать через открытое окно, но из платьица он выдирался чуть не до ночи. А ведь этой девчонкой вполне могла быть Злокозния! Она полагает, что звери — это те же люди, просто с ними надо построже.
— Я не ношу одежды, — отрезал Морис. Фраза, конечно, не ахти, но уж всяко лучше, чем «по-моему, ты дура набитая».
