— Это было предположение, — объяснил Морис. — Я не терплю чужих рук. Ты спускайся, я — за тобой.
— Но у тебя же лапы не приспособлены для приставных лестниц!
— Я разве позволяю себе комментировать
Злокозния спустилась в темноту. Послышался металлический лязг, вспыхнула спичка.
— Ой, сколько мешков! — воскликнула девочка.
— Знаю, — раздался голос Кийта. — Я на них приземлился. Я же говорил.
— Тут зерно! И… и целые связки колбас и сосисок! А вот копченое мясо! Ящики с овощами! Да тут еды полным-полно! Аарррргх! Брысь! Брысь от моих волос, говорю! Этот кот взял и спрыгнул мне на голову!
Морис соскочил с девочкиной головы вниз, на мешки.
— Ха! — возвестила Злокозния, потирая затылок. — А нам говорили, будто крысы сожрали все подчистую. Теперь понятно, в чем дело. Крысоловы способны пролезть везде, они знают все канализационные трубы и все подвалы как свои пять пальцев… и подумать только, этим ворюгам ещё и платят из
В неверном свете фонаря, что держала Злокозния, Морис оглядел погреб. Действительно, еды тут было — просто завались! С потолка свисали сетки, битком набитые здоровенными, увесистыми, белыми кочанами капусты. А от балки к балке петлями протянулись связки вышеупомянутых колбас. И повсюду — кувшины, и бочки, и бессчетные мешки. И все это, сказать по чести, кота очень беспокоило.
— Что ж, все ясно как день, — промолвила Злокозния. — Нет, ну какой тайник! Мы немедленно идём к городской Страже, сообщаем о находке, и тогда — всем нам чай с печ
— Подозрительно мне это все, — буркнул Морис.
— Почему?
— Потому что вот такая я подозрительная личность! Я бы не поверил на слово этим вашим крысоловам, даже если бы они твердили, что небо — синее. И что они, по-твоему, делают? Тырят еду и потом говорят: «Это все крысы, честно-честно!» И все вот так взяли и безропотно проглотили эту байку?
— Да нет, дурачок. Люди находят обглоданные кости, пустые корзинки из-под яиц, все такое, — объяснила Злокозния. — И крысиный помет повсюду валяется!
— Ну, наверное, можно и впрямь исцарапать кости, как будто это следы зубов, и, наверное, крысоловы вполне способны разбросать тут и там крысиный помет… — согласился Морис.
— И ещё они убивают всех настоящих крыс, чтобы им самим досталось больше! — торжествующе объявила Злокозния. — Очень умно.
— Вот это меня и озадачивает, — промолвил Морис, — потому что мы с этими вашими крысоловами уже познакомились, и честно скажу вам, если вдруг пойдет дождь из тефтелей, они даже вилку не сумеют найти.
— Мне тут подумалось кое-что, — вдруг заявил Кийт, который до того тихонько напевал себе под нос.
— Я рада, что хоть
— Так вот, я насчет проволочной сетки, — объяснил Кийт. — Там, в подсобке, была проволочная сетка.
— По-твоему, это важно?
— А для чего крысоловам целые рулоны проволочной сетки?
— Мне откуда знать? Может, для клеток? Какая разница?
— А зачем крысоловам сажать крыс в клетки? Мертвые крысы обычно и так никуда не убегают, верно?
Повисло молчание. Морис видел: Злокознии последнее замечание не по душе. Это ведь излишнее осложнение действия. Портит всю историю.
— Может, с виду я и глуповат, — добавил Кийт, — но на самом деле я не так уж и глуп. У меня есть время подумать, потому что я не тараторю без умолку. Я присматриваюсь. Я прислушиваюсь. Я пытаюсь учиться. Я…
— Я вовсе не тараторю без умолку!
Морис оставил их — пусть себе препираются! — и отошел в угол погреба. Или погребов. Здешние подвалы, похоже, протянулись довольно далеко. На полу в полумраке мелькнула какая-то тень, и кот, не задумываясь, прыгнул. Его желудок помнил, что со времён мыши прошло уже очень много времени, и напрямую воззвал к лапам.
— Значит, так, — объявил кот, сжимая в когтях вырывающуюся добычу, — говори или…
Тросточка с силой ударила его по морде.
— Ты ведь не в обиде? — спросил Сардины, кое-как поднимаясь с пола.
— Ду и зачем сразу бдаться-то? — пробормотал Морис, пытаясь зализать саднящий нос.
— На мне ж,
— Ладно, ладно, пвости… ты что тут делаешь?
Сардины отряхнулся.
— Ищу или тебя, или глуповатого парнишку. Меня Гуляш послал! Ну мы и влипли! Ты не поверишь, что мы такое нашли!
— Гуляш послал за
— Ну, он сказал, тут мерзость и зло, так что ты разберешься лучше любого другого, босс, — объяснил Сардины, подбирая шляпу. — Нет, ну ты посмотри, что ты натворил! Когтем проткнул насквозь!
— Но я же спросил тебя, умеешь ли ты говорить, разве нет? — оправдывался Морис.
— Да, спросил, но…
— Я всегда спрашиваю!
— Я знаю, так что…
— Я
— Да-да, ты уже выразил свою мысль ясно и доходчиво, и я тебе верю, — отозвался Сардины. — Я ж просто насчет шляпы пожаловался!
— Ещё не хватало, чтобы кто-то решил, будто я не спрашиваю, — гнул свое Морис.
— Ну и зачем повторять одно и то же по сто раз? — разозлился Сардины. — Где мальчишка-то?
