Применение за такого рода нарушения повышенных санкций явно не мирится с общей задачей борьбы за экономию, стоящей перед всеми социалистическими хозорганами. Но в то же время недопустимо и полное освобождение от ответственности в приведенном и в других аналогичных делах, так как замена металла 1-й группы металлом 2-й группы могла и должна была производиться в плановом порядке, путем согласования этого вопроса с планово-регулирующими органами и, в первую очередь, с Главметаллосбытом, который обязан обеспечить в необходимом количестве других своих получателей соответствующей продукцией, в том числе и дешевыми металлами. Правильно поэтому поступил Союзный арбитраж, заменив по данному делу повышенные санкции обычными штрафами за недопоставку металла 2-й группы.
Задача борьбы за улучшение качества продукции и обеспечение ее выпуска в ассортименте, соответствующем потребностям хозяйства и спросу населения, придает особую актуальность вопросу о правильном построении договорных санкций, применяемых в случаях нарушения условий о качестве и ассортименте. Между тем ряд нормативных указаний, имеющихся по данному вопросу, не соответствует запросам хозяйственной практики, возникающим в связи с указанной задачей. Вот некоторые иллюстрации.
31 декабря 1951 г. Государственный арбитраж при Совете Министров СССР издал Инструкцию о применении санкций за нарушение ассортимента. Эта инструкция исходит из тождества двух понятий: ассортимента, с одной стороны, и недопоставки или перепоставки – с другой, причем оба эти понятия берутся по сдаточным периодам, а не по договору в целом. Если, например, из общего числа 1000 пар обуви поставщик, согласно условиям договора, должен сдать 40 % мужской, 40,% дамской и 20 % детской обуви, а сумма поставки разбита на два сдаточных периода (по 500 пар в каждом периоде), то это означает, что он обязан к двукратной сдаче 200 пар мужской, 200 пар дамской и 100 пар детской обуви. Нарушения этого требования могут выражаться в различных вариантах, из числа которых мы остановимся лишь на двух следующих.
мужской обуви – 400 пар вместо 200;
дамской обуви – 100 пар вместо 200;
детской обуви – 0 пар вместо 100.
В этом случае нарушение ассортимента действительно совпадает с недопоставкой или с перепоставкой по каждой отдельной позиции договора, а потому с поставщика будут взысканы штрафы за перепоставку 200 пар мужской и недопоставку 100 пар дамской и 100 пар детской обуви.
Предположим, далее, что во втором сдаточном периоде поставщик сдал продукцию с соблюдением договорного ассортимента, а именно – 200 пар мужской, 200 пар дамской и 100 пар детской обуви. Если рассматривать ассортимент в точном соответствии с упомянутой инструкцией, – никаких нарушений нет. В действительности, однако, за весь период действия договора в торговую сеть поступило:
мужской обуви – 600 пар вместо 400;
дамской обуви – 300 пар вместо 400;
детской обуви – 100 пар вместо 200.
Поскольку ассортимент определяется торговой сетью на основе изучения спроса населения, нельзя, казалось бы, ограничиваться только санкциями за нарушение ассортимента в текущем сдаточном периоде, но необходимо также добиваться его восполнения в очередном сдаточном периоде, распространив принцип реального исполнения также и на ассортимент. В нашем примере это означало бы, что во втором периоде поставщик не мог поставлять мужской обуви, так как он уже сдал ее в количестве 400 пар, а был обязан поставить 300 пар дамской (в дополнение к 100 поставленным парам) и 200 пар детской обуви, которая в предшествующем периоде вовсе не поставлялась. Однако названная Инструкция такую возможность исключает, так как понятие ассортимента ею ограничивается лишь текущим сдаточным периодом.
На практике это приводит к тому, что несмотря на правильное, соответствующее спросу потребителей определение ассортимента торгующей сетью предприятия, производящие предметы широкого потребления, имеют возможность ценою санкций за один сдаточный период направить в торговую сеть товары в большем количестве, чем в них фактически испытывает нужду население, задержав поставку дефицитных товаров, на которые имеется большой спрос, и не неся при этом обязанности по их восполнению. В результате сохраняется опасность затоваривания торговой сети неходовыми товарами, и разносторонний спрос советских потребителей может остаться без удовлетворения.
