Первоначально юристами Древнего Рима были жрецы, отгородившиеся в замкнутую касту так называемых понтификов. Фактически понтифики признавались советниками должностных лиц и римских юристов. Фактически же они были единственными знатоками и истолкователями римского права, чрезвычайный формализм и казуистичность которого исключали возможность решения даже самых простых юридических вопросов без участия и мнения понтификов. Это свое монопольное положение понтифики удерживали и утверждали всяческими способами, охраняя под покровом тайны все известные им сведения юридического характера, которые передавались из поколения в поколение лишь в пределах их собственной касты. Само собой разумеется, что такое положение могло сохраняться только в условиях замкнутого патриархально-натурального хозяйства. По мере развития товарно-денежных отношений осведомленность относительносуществующих правовых нормипорядкаихприменения должна была становиться все более широкой, а сами правовые нормы должны были приобрести тот элемент гласности, без которого не могло быть и речи об обслуживании жизненных запросов хотя бы в минимальной степени. В конце IV в. до н. э. эти условия оказываются достаточно созревшими и монопольное господство в области права коллегии понтификов начинает уступать место светской юриспруденции. Возникновение последней историки связывают с именем Флавия. А широкому распространению юридических знаний способствовал Тиберий Корунканий, который, хотя и был понтификом, впервые предпринимает публичное обсуждение дел, переданных на его рассмотрение.
Разумеется, процесс широкого распространения правовых сведений был более длительным и не исчерпывается изложенными фактами, о которых сообщают историки. Однако и эти факты весьма показательны с точки зрения классового характера римской юриспруденции и тенденций ее развития. Обращение к личности не устранило также того, что юриспруденция продолжала составлять монополию актов представителей господствующего класса. Рабы к ее развитию не подпускались на пушечный выстрел.
Положительное право феодализма подразделялось на две ветви – право, базировавшееся на римских источниках и именовавшееся римским правом, а также право каноническое, которое регулировало отношения с участием церкви. Соответственно этому средневековая юриспруденция подразделялась на два взаимосвязанных, но существенно различных направления, представленных светскими юристами и канонистами.
Схоластический метод современных им философских систем был основным методом, применявшимся при разрешении правовых проблем юристами обоих направлений. Но если основная задача средневековой схоластической философии заключалась в обосновании бытия и могущества Бога, то основная задача канонической юриспруденции состояла в обосновании привилегированного положения церкви как представителя Бога на земле. При этом, когда источники римского права не содержали достаточных данных для наиболее благоприятного для церкви разрешения указанных задач, соответствующие институты и нормы создавались заново. В тех же пределах, в которых римское право было непосредственно направлено на особую защиту интересов церкви или могло быть вследствие переработки направлено на особую защиту интересов церкви, оно отстаивалось и утверждалось канонистами, например правило, согласно которому приобретение церковью имущества по давности владения допускалось лишь по истечении 40, а то и 100 лет продолжало действовать и в каноническом праве. Но канонисты еще более усиливали действие этой нормы, требуя в отличие от римлян добросовестности приобретателя не только в момент получения вещи в свое владение, но и в течение всего срока приобретательной давности. Тем самым практически возможность приобретения церковного имущества по давности владения вовсе исключалась.
Но если канонисты привносили лишь отдельные конструкции и нормы римского права, то совсем по-иному относились к нему светские юристы, рассматривавшие римское право как непререкаемый авторитет, писаный разум (ratio scripta) и преклонявшиеся перед ним, как перед вечным неизменным и всеобщим правом.
Первыми средневековыми юристами, посвятившими себя изучению и комментированию римских текстов, были глоссаторы (XI–XIII вв.). Во второй половине IX в., т. е. еще до глоссаторов, возникает школа в Равенне, превратившаяся в крупный центр преподавания и изучения римского права. Вслед за этим такие же школы появляются в Орлеане, Павии и других городах. Деятельность этих школ отражена в некоторых литературных памятниках, а их остатки сохранились до нашего времени. Отличительной особенностью этих школ явилось стремление привести материалы римского права в определенную систему, стремлением, которым не отличалось творчество самих римлян.
