Избранные труды. Том IV полностью

Как водится, один антидемократический шаг влечет за собой и другой. Распустив парламент, Ельцин решил, что этим созданы наилучшие условия для разработки и введения в действие новой Конституции без обсуждения ее в парламенте, который временно не существовал. Проект новой Конституции был разработан тайно, специально сформированным для этого органом под названием «Конституционное совещание», опубликован в ноябре 1993 г. и вынесен для голосования на народный референдум 12 декабря того же года. Обсуждаться надлежащим образом этот проект не мог не только по причине отсутствия парламента, но также и потому, что от публичных обсуждений, следуя примеру принятия прежних конституций, вообще воздерживались. Их заменили обсуждением в специальных институтах и ведомствах. Избиратели могли сказать либо «да», либо «нет», т. е. даже меньше, чем на народном собрании Древнего Рима, где вместо «да» или «нет» избиратель мог также сказать «поп liquet» (вопрос неясен). Для действительности этого референдума требовалось участие всего лишь 50 % избирателей, отвечающих установленным требованиям. Оставляя в стороне слухи о подтасовке итогов голосования, нельзя все-таки оценить событие 12 декабря 1993 г. как всенародное одобрение проекта Конституции, ибо этот проект поддержало менее 50 % избирателей. Поразительно, что, будучи уверенным в своей победе, предрешенной наиболее благоприятной процедурой, Ельцин не включил в проект права президента распустить парламент под тем предлогом, который он использовал в сентябре 1993 г. Такое право принадлежит президенту теперь только в двух случаях: отклонение парламентом кандидатуры председателя правительства, предложенной президентом, и выражение недоверия парламентом действующему правительству. Но даже в этих случаях роспуск президентом парламента становится возможным лишь при определенных дополнительных условиях. Отклонение проектов законов, вызвавшее в 1993 г. парламентский кризис и не предусмотренное прежней Конституцией, осталось также за пределами регулирования Конституции от 12 декабря того же года. Нет сильнее доказательства, свидетельствующего о понимании Ельциным антиконституционности и антидемократичности своего поведения накануне кровопролития 1993 г. и в его процессе.

В начале 1994 г. был избран новый российский парламент. Уровень легитимности этого парламента может быть оценен соответствующим образом, если принять во внимание, что его выборы требовали участия всего лишь 25 % избирателей, и весь парламент теоретически мог быть избран 13 % голосов от общего числа избирателей. Трудно представить себе подобные выборы, которые имели бы место в истории и были законными с точки зрения всех установленных формальностей. Такие формальности противоправны сами по себе, особенно если исходят от государства, считающего себя правовым и демократическим.