— Добрый вечер, уважаемый господин маг, — вместо ответа, прошелестел Габриэль, но не поклонился. Продолжил смотреть холодно и покойно.
А мальчики вновь зашептались.
— Тихо! — прикрикнул на них маг и подозвал себе одного, их вожака, чтобы выслушать.
С напыщенное-серьёзным выражением темноволосый юнец сделал шаг вперёд. Его платье было липким и дурно пахло, маг даже попятился.
— Молодой господин уверяет, что оказался здесь случайно. Предполагаю, он мог телепортироваться сюда. Но у него не светятся руки…
— Интересно, — Сэликен окинул Габриэля взглядом с головы до ног. — Ты ведь Манриоль? У тебя герб на рукаве. Пойдём со мной.
Он пошёл впереди, а Габриэль остался стоять. Сэликен обернулся.
— Пойдём! — сказал он громче, и Габриэль пошёл.
Мальчишки тоже пошли за ними, но с небольшим отставанием. Вожак держался чуть ближе, но вскоре и он отстал. Габриэль и Сэликен спустились по винтовой лестнице, освещенной факелами, и оказались в другом коридоре. За узкими незастеклёнными окнами плавало седое и мутное, похожее на облака. Их щупальца заползали в коридор, стелились по ковру и оплетали дверные ручки на противоположной стороне. Габриэль проходил сквозь щупальца, разрывая их, а за его спиной они снова срастались. В этом коридоре было холоднее, и даже зажжённые факела не давали тепла. Подставки для факелов обвивали тощие змеи, чёрные, будто тени в солнечный день. Габриэль задержался, чтобы разглядеть столь искусно выполненную работу, но одна из змей показала алый язык, а другая змея шевельнулась. Габриэль отпрянул, плотнее стянул на себе мантию и догнал Сэликена.
Маг пригласил Габриэля в одну из комнат и запер дверь, велев шедшим за ними мальчикам разойтись по своим комнатам. И ещё добавил что-то про Змеиный Час.
Кабинет мага был просторным с огромным окном, похожим на картину. За окном плыли клочья тумана. Возле окна стоял дубовый стол и два кресла напротив, обтянутые тёмно-зелёным материалом. Ножки кресел и подлокотники оплетали змеи, на этот раз действительно искусственные. Габриэль сел в предложенное ему кресло. Оно оказалось противно-мягким. Вдоль стены стоял книжный шкаф, на корешках обложек предупреждающим красным светом горели защитные руны. «Сто способов использовать кровь», «Сборник заговоров на смерть», «Зельеварение — дар или проклятье?» Заметив, что Сэликен одобрительно смотрит, Габриэль отвёл глаза от книг, вновь переключив внимание на ножки противоположного кресла. Но их загородили ноги профессора — Сэликен сел не в само кресло, а на подлокотник.
— Ты сын Манриоля, — сказал он. — Обездаренный. Пришёл сюда, чтобы пройти ритуал? Кто тебя привёл? Раф? Шалари?
— Я случайно здесь оказался, — Габриэль вдруг заметил, что та змея на ножке кресла, на которую он всё это время смотрел, шевельнулась. Габриэль выпрямил спину и положил на руки на колени. Змея замерла, вновь прикинувшись деревянной, но её первого движения хватило, чтобы Габриэля наконец окатило осознанием: он находится в Башне Чёрной Кобры! В самом сердце обители зла, а горы вокруг замыкают их маленький город в отдельный от Тэо мир. Нежить, тёмные твари, бывшие люди, обменявшие свои души на змей и силы здесь, рядом. Злословцы и чернокнижники. Убийцы, что ради ритуала принесли в жертву самых близких людей. И Сэликен был одним из них — поражённый грехом и бессмертием древний маг. Взгляд Сэликена, голубой, водянистый и тусклый, безжизненно скользил по Габриэлю, словно пытаясь проникнуть в душу, и от этого липкого, как холодный пот, ощущения, захотелось отвлечься, исчезнуть, оказаться возле отца в его душной и пропитанной ядами лаборатории.
— Не оправдывайся, — произнёс Сэликен. — Все вы оказываетесь здесь «случайно».
Он улыбнулся, словно вспомнил, что умеет улыбаться. Его зубы показались Габриэлю синеватыми. А может, так сыграл свет фиолетовых факелов.
— Я хочу домой.
Сэликен поднялся с кресла и наклонился над не-волшебником. Его глаза поглотили Габриэля как омут. Габриэль провалился в них, забарахтался и испугался, что не сможет вынырнуть. Но Сэликен отвёл взгляд, и Габриэль перевёл дух.
— Ты не голоден? — неожиданно спросил Змееносец, сплел в воздухе из лучей магический знак, и на столе возникло блюдо из зажаренного целиком гуся с фруктами и картошкой. Габриэль быстро отвёл взгляд и сглотнул. Запах еды привлекал, но был подозрителен, даже не запах, а неожиданное гостеприимство. Сэликен вдруг нахмурился.
— Ах, воришка! — и неожиданно выхватил у Габриэля из-за пазухи книгу, и не дав ему испугаться, довольно улыбнулся, как кот, слопавший крысу. — «Фамильяры». А говоришь, что не собираешься проходить ритуал. Знаешь, как здесь наказывают за воровство? — Сэликен испытующе помолчал, а затем вернул книгу. — Никак. Кражи поощряются. Возьми. Она твоя.
Его лицо вдруг стало жалостливым.
— Ты ведь, бедняга, все руки себе прожёг? Не волнуйся. На книге больше нет защитного заклинания
Габриэль моргнул и машинально засунул книгу за пазуху.
