Доктор Боулз: Добрый вечер, Джереми. Тебе уже передали хорошие новости?
Джереми: (молчание)
Доктор Боулз: Родители заберут тебя через пару дней. Если на рождественских каникулах все будет в порядке, тебе не потребуется возвращаться в стационар. Мы просто будем продолжать поддерживающую терапию.
Джереми: (почти неразборчиво) Ничего… не… изменилось…
Доктор Боулз: Это не совсем так. Медсестры говорят, что ты больше не кричишь по ночам и не пытаешься навредить себе. Это значит, что мы можем исключить инъекции и пронаблюдать за твоим состоянием.
Джереми: (тихо, язык заплетается) Я… вспомнил.
Доктор Боулз: Что-что?
Джереми: Вспомнил.
Доктор Боулз: Что же?
Джереми: В чем виноват. Еще. В чем главная вина. То, что меня мучило больше всего, теперь я все знаю. Все помню.
Доктор Боулз: О чем ты говоришь, Джереми? О Германе?
Джереми: (молчание)
Джереми: (после паузы) Нужна… вода.
Доктор Боулз: Конечно. Сейчас.
(Пауза. Слышен звук шагов)
Доктор Боулз: Пожалуйста.
Джереми: (медленно пьет)
Доктор Боулз: Расскажешь мне?
Джереми: (чуть бодрее) Мой племянник стал сиротой из-за меня.
Доктор Боулз: У тебя нет племянника, Джереми. И братьев тоже.
Джереми: (тревожно) Вы не понимаете.
Доктор Боулз: Спокойнее. Я хочу тебе помочь.
Джереми: (сопение и молчание)
Джереми: (после паузы) Мне кажется, что я не могу дышать. Все мое тело трясется, и я не могу заснуть, потому что боюсь не очнуться.
Доктор Боулз: Это нормально. Последствия лекарств, которые помогли тебе.
Джереми: Мама хочет избавиться от меня. Все – от этого.
Доктор Боулз: Нет, это не так.
Доктор Боулз: (перелистывает страницы) Давай поговорим о том, что ты вспомнил, хорошо? Тебя это напугало?
Джереми: Нет. Мне больно.
Доктор Боулз: Что болит?
Джереми: Внутри. Словно… Грудная клетка сейчас взорвется.
Доктор Боулз: Пожалуйста, вдохни поглубже. Вместе со мной.
(Повторяется дыхательное упражнение, три раза)
Доктор Боулз: Лучше?
Джереми: (молчание, слышен всхлип)
Доктор Боулз: Джереми, давай поговорим.
Джереми: (сквозь слезы) Я во всем виноват.
Доктор Боулз: Джереми, Германа не существует. Понимаешь? И мальчика тоже. Тебе не в чем себя винить.
Джереми: Что если его правда больше не будет?
Доктор Боулз: В каком смысле?
Джереми: Что, если он не вернется? Что, если не вспомнит? Я никогда не смогу исправить то, что натворил.
Доктор Боулз: Джереми, я решительно не понимаю, о чем ты говоришь.
Джереми: (тихо всхлипывает)
Доктор Боулз: Попей еще воды, хорошо?
Джереми: (пьет)
Джереми: Я не хотел этого видеть.
Доктор Боулз: (листает страницы) Расскажи, пожалуйста, то, что ты видел, было уже после смерти Германа? После пропажи Реймонда?
Джереми: Задолго до.
Доктор Боулз: Когда же?
Джереми: Мальчик был тогда чуть младше. И он… болел, сильно болел. Поэтому его привезли ко мне.
Доктор Боулз: Что ж. Давай попробуем выпустить это из тебя. Расскажи мне.
