В центре новой, импровизированной «сцены» в доме Германа этим вечером пребывал Гарри Гилл. Подобно его мучителю, он был старшим отпрыском в чете Гиллов, которые теперь, в век продолжающегося распространения различных взглядов на медицину, заняли весьма удобное место. Собственное заведение отца Гарри проповедовало гомеопатические методы лечения, которые во многом были значительно доступней для среднего класса, а потому пользовались популярностью.
Гилл не был крепким орешком и реагировал на каждый выпад свиты крайне эмоционально.
– Я прошу вас! – сквозь рыдания и кровяные подтеки, облепившие его лицо, скулил Гарри. – Вы не понимаете!
– Вообще-то, мы – довольно сообразительные джентльмены, – сегодня что-то останавливало Германа от того, чтобы работать руками, и он наблюдал за работой громил-близнецов со стороны. Лишь поддерживал так называемый диалог да выносил приговоры. – С твоей стороны очень грубо, Гилл, так отзываться о тех, кто с удовольствием принял тебя на своей территории. Мальчики, пожалуйста, продолжайте уделять внимание лицу.
Владан обрушил свой огромный кулак на нос щуплого парня, и тот вновь неистово завопил. Бодрийяр-старший лишь закатил глаза.
– Вместо того чтобы орать, ты мог бы уже согласиться с моим поручением. Но больно упрям для того, чтобы вникнуть в суть, – стройная фигура в длинном плаще двинулась чуть ближе к стулу, к которому, как и всегда, была привязана жертва. – Или твоя жизнь ничего не стоит? Все никак не могу разобрать.
– В том и дело! В том-то все и дело! – мученик дергался так, словно был способен сбросить с себя крепко затянутые веревки. – Это никак не поможет! Совсем! Да провались я под землю, ничего не изменится!
– Очень любопытно узнать почему… – Герман принялся рассматривать свою ладонь с деланным интересом. – Например, Валентин – в первых рядах твоих слушатей.
Вуйчич, отличаемый от своего брата лишь легким, почти незаметным косоглазием, с готовностью ударил Гилла локтем под дых.
Очередной крик озарил тишину подземелья.
– Рассказывай, Гарри, – с едкой ухмылкой уставился на чадо конкурентов домашний монстр четы Бодрийяров. – А то умрешь от нетерпения.
– Вы не понимаете! – повторялся парень, сохранявший волю к жизни до последней капли сил. – Яживу в собственной семье как изгой… Мои братья меня ненавидят, не говоря уже об отце!
– Какая старая сказка, – молодой мужчина практически зевнул, покачав головой. – И что же нам делать с ней?
