Прошло полтора века. Третье тысячелетие, "космические корабли бороздят". Корнуэл, Британия, прекрасные пляжи. В дерьме.
"Часто люди не осознают, в чем именно они плавают... Только 14% рек Великобритании соответствуют экологическим стандартам... Никто не ожидает, что речная вода должна быть полностью пригодна для питья, но там, где люди плавают или играют дети, не должно быть большого количества человеческих фекалий".
Хотя бы "большого".
" - Семён Маркович, а шо вы делаете для сохранения чистоты нашего Чёрного моря?
- Для сохранения чистоты нашего Чёрного моря мы с моей женой Розой туда ничего не делаем".
Какая высокая гражданская позиция! Ни датчане, ни англичане до такой степени сознательности не доросли.
Для русского крестьянина или марийского охотника пить воду из реки - норма. А село в сотню дворов - дискомфорт. Неудобно, опасно, душно. Нет, через одно-два поколения, их дети и внуки... - нормально, хорошо. Не сейчас. Будем ждать? Без рабсилы индустриализация невозможна. Соответственно откладывается и снижение детской смертности.
Есть пример США вт.пол. 19 в. Масса иммигрантов приезжает в страну. Ирландцы, немцы, поляки, итальянцы... Несколько лет изображают из себя "дешёвую рабсилу". Потом, подзаработав, сваливают на Дикий Запад.
***
Эту схему я использую. Но цель-то моя - получение массы лояльных граждан. Т.е. нельзя "обманывать их ожидания". Поэтому "отработка", которую проходят переселенцы в первые годы, имеет смысл, прежде всего, не создания индустрии, а проверки вменяемости. А они, почти все, мечтают крестьянствовать.
Своя изба, гожий надел, добрые кони, баба мягкая, детишки здоровые, коровка-ведерница, кошка у печки... Где тут место токарному высокооборотному?
Более того. Стремясь ускорить формирование социальной опоры, слоя крестьян-собственников, я облегчаю их переход из "принужденно работающих" в "самозанятых".
В американской системе два вопроса: можешь работать? накопил на гомстед?
Первый вопрос у меня заменяется на "хочешь". Не умеешь - научим, не можешь - поможем. Подберём место по личным возможностям.
Уточню: "не хочешь - заставим". И будем заставлять, пока не захочешь. Ну, или сдохнешь.
"У нас кто не работает - тот у нас не ест".
Второй на две трети "легче": треть денег есть? Остальное - товарный кредит от казны.
Это не только сильно ускоряет получение желаемого для конкретного человека, но и увеличивает их число: в жизни разные ситуации бывают. Шесть лет на лесоповале продержаться - одно, а год-два... можно и перетерпеть.
Кратковременное пребывание в работниках означает низкую квалификацию. Копать, лес валить - может. А резьбу на болт нарезать... надо учить. А зачем? - Он же в село уйдёт, будет отгуливать на свадьбах и заручинах и в ус не дуть.
Ни своих голодных крестьян толпами, ни иммигрантов, готовых работать за еду - у меня нет.
Без рабсилы индустриализация невозможна.
Пар-рад-докс.
Хотя... по диалектике. Чтобы кому-то когда-то стало "хорошо", нужно, чтобы кому-то раньше стало очень "плохо".
Мы пытались найти какие-то смягчающие варианты. Сразу учить приютских в городе. Учить подростков из лесных тукымов на слесаря-токаря... Эти меры давали эффект малый и отложенный.
"Человек ищет где лучше". Для крестьянина "лучше" - в деревне.
Ситуация прояснилась, когда мы начали строить Волго-Двинский канал. Припёрло и высветило.
Местность там пустая. Достаточного числа работников из местных - не найти принципиально. Мы загнали туда несколько тысяч военнопленных из флота ширваншаха. Я про это уже...
А дальше? - А дальше эти "рабы государевы", хотя, конечно, они не рабы, начинают себя вести и проявлять индивидуальные свойства. Одни бунтуют или убегают. Их казнят. Другие лентяйничают и саботируют - их наказывают. Третьи просто мрут - их закапывают. Таких большинство. Но есть небольшая группа, которая успешно адаптируются. К новым порядкам, климату, еде, труду... Таким дать возможность роста, улучшения положения.
Человек должен "видеть свет в конце туннеля". И не - "огонёк огнемёта".
Таких людей переводили с больших строек с жёстким режимом на малые предприятия. "Условно освобождённые", "расконвоированные". Они получали, со временем, свою избу, бабу, хозяйство. И, хотя были ограничены в правах, находясь "под опекой", жили довольно свободно, трудились на местных фабриках. Иногда такие заведения называли "частными тюрьмами". Хотя, конечно, серьёзных преступников там не было.
Дети их, естественно, ходили в обычную школу, многие попадали на те же производства. Так формировался "потомственный русский пролетариат". Население русских городов. Из нерусских людей. Потому, что нормальный русский человек 12 в. в город своей охотой жить не пойдёт.
***
Тут ожидаются снова... взвизги и вопли современников. "Да я...! Да мы...!".
Увы, коллеги, "вы" - не "они". Не крестьяне святорусские. "Их" представления о достойной жизни и о смерти с вашими... пересекаются. На уровне секса и дефекации. Только. Частично.
Плач типа: "Всё пропало! Хамона нет!" - воспринимается здесь как тяжёлая душевная болезнь в терминальной стадии.
