Но должен сказать, что этот трагикомический эпизод моих симпатий к новой Родине нисколько не уменьшил. Наоборот, в этом опереточном аресте я усмотрел порядок, за которым здесь строго следят и тем обеспечивают свободную и счастливую жизнь каждому гражданину. Здесь все предусмотрено до мельчайших деталей, и обыватель может жить, работать и творить уверенно и спокойно в противоположность гражданам Советского Союза, где нет никакой свободы и никто не знает, что с ним случится завтра.
В фонде судебно-следственной комиссии при штабе главнокомандующего Вооруженными силами на Юге России (ВСЮР), отложившемся в Государственном архиве Российской Федерации (Ф. Р-447), мне посчастливилось обнаружить следственное дело о службе в РККА и переходе на сторону белых генерал-майора Николая Александровича Жданова, проливающее свет на прежде неизвестные страницы истории Гражданской войны. В сочетании с другими документами и материалами обнаруженные свидетельства, возможно, приоткрывают завесу тайны над еще одной страницей деятельности антибольшевистского подполья в рядах Красной армии, а также позволяют реконструировать особенности служебной деятельности и мировоззрение еще одного высокопоставленного перебежчика из рядов Красной армии, командующего 12-й и 11-й советскими армиями.
Начальник штаба 2-й кавалерийской дивизии 23 августа (5 сентября) 1919 г.[1544] в городе Нежине составил рапорт начальнику штаба V кавалерийского корпуса ВСЮР: «Препровождая при сем бывшего генерал-майора Жданова, командовавшего XI советской армией, доношу, что означенный Жданов 20 августа[1545] сего года добровольно явился к начальнику Бахмачского отряда полковнику Грязнову, предупредив последнего о своем приезде телеграммой со станции Плиски и привезя с собой ординарца-солдата Григория Потапова, жену и 2 детей»[1546]. При себе Жданов имел 102 000 советских рублей, наличие которых он объяснял стремлением нанести вред советской власти[1547]. Важный перебежчик был опрошен о состоянии частей РККА, действовавших против Чернигова.
25 августа (7 сентября) 1919 г. начальник штаба полтавского отряда Генерального штаба полковник Г.А. Эверт телеграфировал дежурному генералу штаба главнокомандующего ВСЮР из Киева: «По приказанию командующего отрядом генерала [Н. Э.] Бредова при сем препровождаю перебежавших в районе Бахмача бывшего начдива 2-й сводн[ой] советской дивизии бывшего генерала Жданова с ординарцем-красноармейцем Григорием Потаповым и женой при 2-х детях. Жена и дети арестованными не считаются»[1548].
В этих документах шла речь о Генерального штаба генерал-майоре Николае Александровиче Жданове и его второй супруге Александре Александровне, 20 лет, а также о детях Жданова от первого брака (с дочерью купца 2-й гильдии Анной Михайловной, урожденной Белоусовой): дочери Нине 1894 года рождения и сыне Серафиме 1909 года рождения.
В РККА Жданов числился пропавшим без вести при отступлении от Киева[1549]. Вообще отход РККА с Украины летом 1919 г. сопровождался массовыми переходами генштабистов на сторону белых[1550], однако среди перебежчиков Жданов был, несомненно, одним из наиболее высокопоставленных и важных.
Ценного перебежчика срочно доставили в Полтаву в штаб V кавалерийского корпуса белых, а 24 августа (6 сентября) его предписано было отправить в распоряжение начальника штаба 7-й пехотной дивизии для дальнейшего направления в распоряжение дежурного генерала Ставки Деникина. Еще 22 августа (4 сентября) 1919 г. Жданов сообщил белому командованию важные сведения о состоянии РККА и о подготовке обороны базы 12-й армии — города Гомеля: «В Чернигове могут сосредоточиться части 2-й сводной дивизии 12-й армии, экспедиционный отряд до 200 штыков.
Часть этого отряда отделилась во время отступления и перед Нежином разбежалась, было 2 орудия, оба без панорам.
Черниговский полк, до 400 штыков.
1) 1 легкое орудие, другое легкое орудие этого взвода в Чернигове, всего 400 штыков, 2 легких орудия.
3)[1551] Охранный отряд — Нежинский полк — 150–200 штыков.
4) 2 взвода Чрезвычайной] Черниговск[ой] комиссии — один взвод за неповиновение разоружен — 100 штыков, 40 всадников.
5) Казачий дивизион Кушелева — около 300 кон[ных], 2 горных орудия.
6) Конная бригада (в Нежине) — 3000 шашек, 4 конных орудия.
7) Заградительный отряд — 240 человек, всего в отряде 100–200 патронов.
8) Отряд Крапивянского[1552] — до 100 человек (Крапивянский был начальником войск к югу от ж/д Киев — Бахмач и Нежинских и, прибыв, мог усилить беглыми свой отряд, находил по следам).
9) К станции Макошино послан отряд в 240 штыков из Чернигова.
10) Бригада Первакова — 800 шашек, 4 легких орудия.
11) Отряд Брюмера — до 400 штыков.